Читаем О брачной и внебрачной жизни полностью

Перед женихом в седле сидит его младший брат или племянник. В былые времена он был полноправным участником свадебного обряда: во многих областях Индии процветала полиандрия, и этому мальчику суждено было через несколько лет стать вторым мужем нынешней невесты. А если первому мужу суждено умереть раньше жены, его младший брат должен был унаследовать его супругу и детей. Но сегодня полиандрия — большая редкость и встречается только среди самых низших каст. Повторный брак вдовы — еще бóльшая редкость. Поэтому мальчик, сидящий перед женихом на изукрашенном коне, — не более чем дань традиции. Такая же дань традиции — обнаженный меч в руках у жениха. Этим мечом он будет рубить не головы, а навершие ворот перед домом невесты — дальний отзвук тех дней, когда жених был воином, а дом окружала крепость, которую надо было взять с боем. Сегодня же единственными защитниками «крепости» будут подруги невесты, запускающие в жениха всем, что подвернется под руку, и швыряющие ему в глаза пригоршни красного порошка.

Перед женихом идут музыканты. Над женихом несут на длинном шесте зонт — символ царской власти. А вокруг процессии, которая обычно подходит к дому невесты уже затемно, идут «люди-светильники». Эти закутанные в серую ткань индийцы несут на головах нарядные, увешанные подвесками карбидные лампы. Кстати, до появления электричества, в богатых домах были так называемые «девушки-светильники» — своего рода живые торшеры. Они стояли, держа на головах зажженные лампы, и по приказу хозяев переходили в ту залу, где требовалось освещение. Но сегодня люди-светильники нужны только на свадьбах.

Жених не случайно несет на голове корону, хотя бы и из фольги. Сегодня — он действительно властитель праздника. И даже тесть, встречающий его под навесом, почтительно преподносит ему напитки и омывает ему ноги. Сам жених тем временем декламирует древние стихи: «Я высший среди своих, как Солнце среди молний. Я попираю каждого, кто бы на меня ни напал». Царские почести оказываются и невесте; позднее, по завершении церемонии, жених объявит ей: «Ты будешь отныне моей госпожой и родишь мне десять сыновей. Будь госпожою свекра и свекрови, будь госпожою и других невесток в доме, детей, имущества и всего». Но это — лишь красивые слова. На самом деле молодая жена войдет в новую семью абсолютно бесправным существом и будет по традиции подчиняться и мужу, и свекрови, и женам старших братьев мужа. В больших патриархальных семьях, которые еще очень распространены в Индии, особенно в сельской местности, и бюджет семьи, и ее быт, и методы воспитания детей — все определяет свекровь. И даже приданое, которое принесла с собой молодая жена, даже ее личные вещи поступают в общую собственность. Их могут передать другим членам семьи или отдать в качестве приданого сестрам мужа.

Но это будет потом. А пока под навесом под руководством брахмана происходит сложный свадебный ритуал. Ноги жениха и невесты окрашивают в красный цвет. Отец девушки умащает молодых, им дают вкусить топленого масла. Зачитываются имена предков жениха и невесты на много поколений назад с тем, чтобы никто не мог усомниться в благородстве их семей и в их принадлежности к нужной касте. Отец невесты, передавая дочь жениху, объявляет: «Ради обретения дхармы, артхи и камы (Закона, Пользы и Любви. — О. И.) с ней следует обращаться должным образом». Жених отвечает: «Я буду с ней обращаться должным образом». Что значит «должным образом» — не расшифровывается, но фраза эта повторяется трижды. Затем следует самикшана — обряд смотрения друг на друга. Отнюдь не лишний обряд, если учесть, что жених и невеста порою видятся впервые.

Когда молодые нагляделись, их связывают общей веревкой. Теперь, даже если разглядывание и не удовлетворило одну из сторон, бежать уже не получится. Впрочем, сами индийцы утверждают, что веревка служит охраной от злых духов. Но пока что веревка — это единственное, что связывает молодых, брак считается свершившимся позднее. А сейчас следуют жертвоприношения: в огонь кидают зерна риса и листья шами. Жених произносит священные слова:

Я беру твою руку ради счастья… Давай поженимся, соединим наше семя, произведем потомство, произведем много сыновей и доживем до старости. Любящая, обладающая добрым разумом, пусть мы увидим сто осеней, пусть мы живем сто осеней, пусть мы услышим сто осеней.

Невеста становится ногой на камень, помещенный здесь же, под навесом — это сделает ее твердой в верности мужу. Потом чета обходит вокруг священного огня. И наконец, наступает главная церемония: «обряд семи шагов». Молодые делают семь шагов на север, жених при этом произносит слова:

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука

Похожие книги

Бывшие. Книга о том, как класть на тех, кто хотел класть на тебя
Бывшие. Книга о том, как класть на тех, кто хотел класть на тебя

«Эта книга обо мне, такой, какая я есть: тридцативосьмилетняя женщина, мать двоих детей, разведенка, автор ТВ- и радиопрограмм, стендап-комик, учитель общеобразовательной школы и (к моему величайшему стыду) "популярный блогер, автор юмористического бьюти-блога".Каждый бывший в свое время очень логично появлялся в моей действительности и так же логично из нее исчезал.А потом я обычно ревела, потому что "это была любовь всей моей жизни".А потом делала выводы.А потом забывала. Потому что влюблялась в нового будущего бывшего»…Эта книга – просто о веселой, а местами и не очень веселой бабе.Эта книга – рассказы о типажах мужчин, которых мы все так или иначе встречаем в этой жизни, и особенностях отношений с этими типажами.Эта книга – о женских проблемах, которые мешают каждой хорошей бабе жить счастливо с хорошим мужчиной.

Наталья Николаевна Краснова

Семейные отношения, секс