– Так вот, слушай! – торжествующе произнесла Катя. – Он не мог стерпеть унижения Дафниса, когда его упрекнули в бедности – «беден настолько, что пса не прокормит». И, насколько я смогла понять, – фантазировала Катя, – он хотел сказать обидчику, что если хозяин попадает в беду, верный пес прокормит и себя, и хозяина. И, мол, в этом случае пусть обидчик знает – верный пес хорошего хозяина в беде не оставит, даже если придется расстаться со своим добрым именем честной собаки и использовать для этого кладовые и курятник обидчика, не пожелавшего добровольно помочь хозяину…
Мотя покосился на пса с уважением, но, разумеется, это было выражением уважения не к благородному возмущению пса (в которое Мотя, естественно, не верил), а к чувствительной и благородной душе Кати.
Но и псу он был благодарен безмерно – из-за такой собачьей реакции на музыку текста Катя перешла с ним на «ты». Это означало, что и непонятная музыка русской речи и собачья реакция на нее явились причиной стремительного их с Катей сближения. И от этого Моте стало даже тревожно. Он хорошо знал физику и прекрасно понимал – если скорость сближения изначально далеких тел слишком велика, они, сблизившись на мгновение, могут навсегда разойтись… Если хочешь длительного общения, сближаться нужно очень осторожно!
Вот почему он заставил себя отвести взгляд от Катиных глаз и, они дослушали окончание книги молча, оба ловя взгляды друг друга через их отражения в глазах собаки. А в этих глазах отражалось что-то такое, за чем и Мотя, и Катя следили неотрывно до той самой минуты, когда из колонок раздались заключительные слова о том, что это «были всего только шутки пастушьи».
Что имелось в виду под этим ни Мотя, не знавший русского языка, ни Катя, которая была заворожена игрой неведомых и невыразимых страстей в собачьих глазах, сказать бы не смогли.
А бездомный пес, через которого под эту завораживающую, как болеро Равеля, музыку слов шло взаимодействие двух созданных друг для друга сознаний, еще не подозревавших о космических последствиях начавшегося между ними сближения, так же молча переживал происходящие с ним метаморфозы…
Глава II
Преображение
…страсти, желания и неспокойные порождения
злого духа, возмущающие мир,
вовсе не существуют и ты их видел
только в блестящем, сверкающем сновидении.
Пес обустраивал себе лежку под березой, в кустах жасмина, повинуясь смутному, но вполне прагматичному чувству – тут будет что погрызть! Он жил в селении очень давно и прекрасно знал, что если у кого-то на участке появлялись гости, то можно ждать и установки мангала, и шипения жира, капающего с прогибающихся от обилия нанизанных на них кусков мяса шампуров, и шумного застолья. А сидевшая напротив него на скамейке девушка, судя по тому как она осматривала кусты жасмина, березы и весь пейзаж от горных вершин до бархатистой плоскости моря, явно относилась именно к гостям, этой столь важной для него категории людей! Ведь в ходе застолья, после того как бывало выпито несколько чаш красной, с резким запахом жидкости, и съедено по паре шампуров жареного мяса, гости начинали посматривать по сторонам и, заметив его лохматую голову, норовили погладить ее и почесать за ухом, после чего обязательно давали кусок чуть остывшего, уже с пленочкой жира, но невероятно вкусного мяса. Да и сочных, хрустящих бараньих костей бывало столько, что все нычки заполнялись порой на месяц вперед.
Конечно, обилие пиршества и, соответственно, степень заполнения песьих нычек, зависели от количества гостей, и одна – даже столь красивая! – девушка не могла подвигнуть хозяина к тому, чтобы освежевать целого барана. Но, судя по тому что сам он не был рядом со своей очаровательной гостьей, а сидел на крыльце дома и, время от времени поглядывая на дорогу, явно еще кого-то ждал, гости еще будут, и лежку нужно обустраивать поудобнее – до начала пиршества может пройти не один час, а, оставив место даже на пять минут, рискуешь найти его занятым кем-то из таких же «вольных псов», кто не пожелает делить с тобой милости хозяина и гостей. И что тогда делать? Придется смириться с неудачей и пойти к соседу, который гостей не ждет, и довольствоваться парой обглоданных куриных костей. Ведь отвоевывать свое право в такой ситуации просто глупо – прогонят и тебя и твоего конкурента.
От осознания такой перспективы пес на мгновение потерял над собой контроль, и от неловкого движения хрустнула ветка. Девушка, услышав звук, обернулась в его сторону. Наступил критический момент – если она сейчас испугается и закричит, то прибежит хозяин земли и, конечно, прогонит. Если же он понравится девушке, то приобретет важного союзника и в борьбе с возможными конкурентами, и с самим собой – зная, что она помнит о нем, будет гораздо легче дожидаться первого куска. И появляется надежда, что он будет из ее рук!