— Не понимаю, о чем ты говоришь, — изображая удивление, заметила она и солгала, собираясь положить трубку: — Извини, мне пора, меня ждут покупатели.
— Подожди! — остановил ее Роджер. — Я позвонил, чтобы сказать, что очень хотел бы увидеть тебя сегодня вечером, но у меня, к сожалению, запланирована деловая встреча, которую я не могу отменить.
Трейси почувствовала, как у нее упало сердце.
— Я понимаю.
— Позвоню тебе завтра.
— Я буду ждать.
Все. Все мосты сожжены и обратной дороги теперь нет. Но Трейси не жалела, что поступила так. Она надеялась, что этот роман доставит ей удовольствие, а когда он закончится, она, возможно, погрустит немного и вернется к своему одиночеству.
В воскресенье Трейси занялась, как обычно, уборкой квартиры и стиркой. Но когда она обнаружила, что дважды протерла мебель в одной и той же комнате, и поняла, что сделала это потому, что там стоял телефон, то разозлилась на себя.
Какого черта она сидит здесь и ждет звонка Роджера? На улице прекрасная погода, и в саду накопилось полно работы. Можно оставить входную дверь открытой, тогда она услышит телефонный звонок. Трейси переоделась в шорты и старую майку и босиком вышла в сад.
Там и нашел ее Роджер. Он постучал в дверь и, когда ему не ответили, обошел дом и увидел Трейси, которая пропалывала клумбу с розами. Прислонившись к стене здания, он залюбовался ее длинными загорелыми ногами. Она выпрямилась, и Роджер почувствовал, как по его венам толчками забила кровь. Если в самое ближайшее время эта женщина не окажется у него в постели, он просто сойдет с ума.
Трейси, очевидно уловив какой то шум за своей спиной, резко обернулась и потеряла равновесие. Пытаясь удержаться на ногах, она автоматически схватилась рукой за куст розы и вскрикнула от боли, когда острый шип вонзился ей в палец.
У Роджера на лице появилось страдальческое выражение. Он оттолкнулся от стены и направился к ней.
Трейси поднесла пораненный палец к губам и исподлобья смотрела на него. Во рту у нее внезапно пересохло. Джинсы туго обтягивали его узкие бедра, и, глядя на них, она ощутила, как у нее внизу живота жарко запульсировала кровь. Это ощущение постепенно заполнило все ее тело, превращаясь в томительное желание. Магнетизм этого мужчины был настолько мощным, что Трейси достаточно было одного взгляда, чтобы почувствовать ноющую боль в сосках.
Роджер с трудом удерживался от того, чтобы не схватить ее в свои объятия. Но он сумел устоять и постарался не реагировать на горящий страстью взгляд Трейси.
— Ты поранилась? — спросил он. — Надо быть осторожнее.
Он взял ее за руку и склонился над небольшой ранкой, а Трейси, забыв о боли, смотрела на его густые темные волосы, испытывая непреодолимое желание вплести свои пальцы в эти волнистые густые пряди.
— Я спокойно работала пока ты не появился и не напугал меня, — с упреком произнесла она и тихо ахнула, когда Роджер поднес ее руку к своим губам. — Что ты делаешь? — пробормотала она сдавленным голосом, почувствовав тепло его губ на своей руке.
— Лечу тебя, — ответил Роджер и поднял глаза, следя за выражением ее лица. — А как вы чувствуете себя сейчас, больная? — игривым тоном спросил он и, не дожидаясь ответа, лизнул ее палец.
Трейси подавила стон. Она чувствовала, что тает от восторга. Этот жест Роджера оказался необычайно эротичным, и ей показалось, что его язык проникает в каждый уголок ее тела.
Но, сообразив, что они стоят посреди сада на виду у соседей, она выдернула палец из его рта и обхватила себя руками.
— Ты сказал, что позвонишь, — прерывисто проговорила она.
— Я так и собирался сделать, но потом понял, что звука твоего голоса мне недостаточно. Мне захотелось увидеть тебя, — ответил Роджер, не сводя глаз с ее груди, обтянутой тонкой майкой, сквозь которую явственно проглядывали возбужденно торчащие соски. Он мысленно протянул к ним руки, но тут же одернул себя. — Ты рада меня видеть?
Трейси проследила за его взглядом и поняла, что он уже получил ответ на свой вопрос.
К черту соседей! Пусть думают, что хотят, решила она и шагнула к Роджеру, глядя ему прямо в глаза.
— А ты как считаешь?
Он растянул губы в улыбке и порывисто обнял ее. Когда их тела соприкоснулись, у него прервалось дыхание. Трейси прижалась к нему всем телом, и, ощутив легкое головокружение, он понял, что она всегда будет волновать его глубоко и сильно.
Чувствуя его твердую грудь, плоский каменный живот и возбужденный член, Трейси мягко простонала и закрыла глаза. Ее руки нашли его плечи и стали нежно гладить их. Роджер был крупным и сильным, но обнимал ее так, словно она была маленьким, хрупким цыпленком.