Читаем О друзьях-товарищах полностью

О друзьях-товарищах

Почти все произведения писателя Олега Селянкина изображают героический подвиг советских людей в годы Великой Отечественной войны: «Стояли насмерть», «Вперед, гвардия!», «Быть половодью!», «Ваня Коммунист», «Есть, так держать!» и другие. Темы их не придуманы писателем, они взяты им из реальной военной жизни. В романах, повестях, рассказах много автобиографичного. О. Селянкин — морской офицер, сам непосредственно участвовал во многих боевых событиях.В документальной повести «О друзьях-товарищах» (ранее повесть издавалась под названием «На румбе — морская пехота») писатель вновь воскрешает события Великой Отечественной войны, вспоминает свою боевую молодость, воссоздает картины мужества и отваги товарищей-моряков.

Олег Константинович Селянкин

Проза / Проза о войне / Военная проза18+

Олег Селянкин

О ДРУЗЬЯХ-ТОВАРИЩАХ

…А почестей мы не просили.

Не ждали наград за дела.

Нам общая слава России

Солдатской наградой была.

Г. Поженян

ОТ АВТОРА

Ни в чусовской школе № 8, которую я окончил в 1937 году, ни в Высшем военно-морском училище, куда сразу, после окончания десятого класса, был направлен по путевке ЦК ВЛКСМ, ни в последующие годы войны, когда приказы командования бросали меня то на один, то на, другой фронт, мне даже во сне ни разу не приснилось, будто я когда-нибудь стану писателем. Моей главной мечтой в то время было — вырасти в хорошего командира, может быть, даже в адмирала. И в этом признании не вижу ничего зазорного: стоило ли оканчивать Высшее военно-морское училище, если у тебя нет подобной мечты?

Не мечтал стать писателем, вот и не вел дневниковых записей, что сохранила память — весь мой багаж.

Разумеется, многое забылось, а кое-что в свое время я и не стремился узнать. Например, полных биографических данных того или иного человека, с которым судьба столкнула меня на дорогах войны: времени для принятия нужного боевого решения всегда оказывалось так мало, что тратить его на что-то еще было бы преступлением.

Однако в буднях фронтовой жизни мне довелось встречаться и с такими людьми, что даже попытайся забыть кого из них — не сможешь. Вот и стоит он у тебя в памяти, как прекрасно видная со всех сторон башня очень нужного и хорошо знакомого маяка. Они, эти люди, ставшие для меня своеобразными маяками, и не дают забыть о войне, заставляют браться за перо. Им, героям Великой Отечественной войны, я и посвящаю свой труд.

Боевое крещение


Я не искал его, моего первого фашиста, убитого в рукопашной схватке. Просто бежал со своими матросами по вражескому окопу, вписываясь в его изгибы. Фашист сам выскочил на меня из бокового хода. И занес над моей головой приклад автомата.

Не помню в деталях дальнейшего. Я будто проснулся, когда в груди упавшего врага увидел рукоятку своего ножа. И еще тогда я только и подумал, что, похоже, этот фашист выше меня почти на голову. И в плечах пошире.

А за изгибом окопа слышались хриплое дыхание, вскрики, и я бросился туда.

Было все это в июле 1941 года…

Война, хотя мы к ней и готовились, обрушилась на нас все же неожиданно. И главное — с кем? С той самой Германией, для которой портовики еще только вчера отгрузили очередную партию пшеницы, с той самой Германией, которая месяца два назад продала нам свой недостроенный военный корабль; он стоял на Неве, я сам видел его!

Было ли мне страшно, когда мы, молодые командиры, узнали о нападении фашистской Германии? Пожалуй, да. Ведь мы уже изучали материалы боев на Хасане и Халхин-Голе, у нас за плечами была война в снегах Финляндии, где мы впервые столкнулись с автоматами, минометами и массовым минированием не только дорог и подходов к укреплениям, но и жилищ мирных жителей, даже тел павших. Мы уже твердо знали, что война беспощадна, что там запросто могут убить. А ведь тебе только-только перевалило за двадцать, и жизнь так прекрасна!

Иными словами, весть о нападении фашистов мы встретили внешне спокойно и сразу поняли, что настало то время, ради которого нас учили столько лет.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чингисхан
Чингисхан

Роман В. Яна «Чингисхан» — это эпическое повествование о судьбе величайшего полководца в истории человечества, легендарного объединителя монголо-татарских племен и покорителя множества стран. Его называли повелителем страха… Не было силы, которая могла бы его остановить… Начался XIII век и кровавое солнце поднялось над землей. Орды монгольских племен двинулись на запад. Не было силы способной противостоять мощи этой армии во главе с Чингисханом. Он не щадил ни себя ни других. В письме, которое он послал в Самарканд, было всего шесть слов. Но ужас сковал защитников города, и они распахнули ворота перед завоевателем. Когда же пали могущественные государства Азии страшная угроза нависла над Русью...

Валентина Марковна Скляренко , Василий Григорьевич Ян , Василий Ян , Джон Мэн , Елена Семеновна Василевич , Роман Горбунов

Детская литература / История / Проза / Историческая проза / Советская классическая проза / Управление, подбор персонала / Финансы и бизнес
Раковый корпус
Раковый корпус

В третьем томе 30-томного Собрания сочинений печатается повесть «Раковый корпус». Сосланный «навечно» в казахский аул после отбытия 8-летнего заключения, больной раком Солженицын получает разрешение пройти курс лечения в онкологическом диспансере Ташкента. Там, летом 1954 года, и задумана повесть. Замысел лежал без движения почти 10 лет. Начав писать в 1963 году, автор вплотную работал над повестью с осени 1965 до осени 1967 года. Попытки «Нового мира» Твардовского напечатать «Раковый корпус» были твердо пресечены властями, но текст распространился в Самиздате и в 1968 году был опубликован по-русски за границей. Переведен практически на все европейские языки и на ряд азиатских. На родине впервые напечатан в 1990.В основе повести – личный опыт и наблюдения автора. Больные «ракового корпуса» – люди со всех концов огромной страны, изо всех социальных слоев. Читатель становится свидетелем борения с болезнью, попыток осмысления жизни и смерти; с волнением следит за робкой сменой общественной обстановки после смерти Сталина, когда страна будто начала обретать сознание после страшной болезни. В героях повести, населяющих одну больничную палату, воплощены боль и надежды России.

Александр Исаевич Солженицын

Классическая проза / Классическая проза ХX века / Проза