Боюсь оставаться один в загородном доме и поэтому тащу на ночевку подружек, есть у меня такая слабость. Спасти от нападения они, конечно, не смогут, но на душе как-то спокойней. И вот в один такой вечерок, присели с подругой за «по пятьдесят» поболтать. Полночи разговоры за жизнь вели, ну и, как уже водится, в один прекрасный момент меня переклинило. В том смысле, что в мозгу, как фонарь, зажглась мысль, которая потащила меня в свои дебри.
Вот сидит напротив меня среднестатистическая женщина, вываливает на стол свои проблемы, жалуется, хвалится, радуется, но чаще жалуется и, конечно же, оправдывается. Я задаю ковырятельные вопросы, пытаясь добраться до ее сущности.
Она отвечает, причем правду, тут же пугается правды и снова оправдывается! Как актриса, которая посреди спектакля вдруг вышла из роли, но собралась с силами и вернулась в сценический образ. Она же не может допустить, чтобы зритель, как и Станиславский, заорали на весь зал: «Не верю!» Подруга моя, к слову, сейчас играет роль вечной жертвы, а ответив на мой каверзный вопрос откровенно, фактически расписалась в том, что именно она творец своих проблем! В этот момент она едва не лишилась своей пожизненной роли, чуть не осталась без оваций жалости, без внимания. А теперь она может и дальше страдать, рыдать, ругаться и получит от людей скидочку, услышав в спину: «Ей можно, у нее тяжелая жизнь, она несчастная, она жертва!»
Все мы заложники некоего образа, вольные или невольные, но я больше склоняюсь к тому, что все же вольные. А у некоторых этих образов целый комод.
Вот еще один пример, более простой и понятный. Наши обворожительные и великолепные drag queens.
Можно сколько угодно признавать, что они великолепные актеры, но это не меняет дела. Они играют роль, и в ней им комфортно, уютно и просторно. Они могут творить в этом образе все, что захотят (в рамках приличия, конечно). Все, чего они не могут позволить себе сделать в обычной, будничной жизни. Подобные роли затягивают, овладевают, раскрепощают. Платье, парик, макияж, действуют как крем Азазелло. Раскрывают способности, о которых человек мог и не подозревать. И практически любое действие, совершенное в этом образе, снимает с его личности ответственность.