Но и эта королевская Франция знает такие преступления королей, которым нет аналогов в России. Знакомо ли читателю слово «карт-бланш»? В русском языке так называют некое разрешение действовать по своему усмотрению. Административный вариант – «делай что хочешь». А происходит это слово от французского carte blanche, что в буквальном переводе значит «чистый бланк».
Дело в том, что у французских королей был такой обычай: давать своим доверенным лицам carte blanche.
Карт-бланш представлял собой полностью оформленный ордер на арест с подписью короля и с государственной печатью. Только имени преступника в нем пока не было… Имя вписывал тот, кто получал карт-бланш. Какое имя? Какое хотел.
Людовики, в отличие от русских царей, правили не сами. Французские историки, кстати, очень уважительно относятся к нашим царям именно потому, что они были реальными правителями, стояли у государственного кормила…
А французские короли весело жили в Версале и охотно поручали вести государственные дела кому-то, например, представителям пап римских, кардиналам. Среди кардиналов были выдающиеся государственные деятели типа Ришелье и Мазарини, но короли-то в их заслугах почти ни при чем.
Было ли ужасное сыноубийство совершено царем в приступе безумия? Эпилепсии? Или просто вспышке ярости? Мы никогда не узнаем всей правды… Но кто сказал, что вынесение смертного приговора Петром I собственному сыну, продуманное, осознанное, сделанное в результате длительного следствия, – вещь более нравственная???
За королей правили и министры, но чаще всего все же правили их любовницы, деликатно называемые фаворитками. У фавориток обычно были фавориты, и тонкие дамы поручали фаворитам принимать ответственные решения. И правили за французских королей, получается, любовники королевских любовниц. Они и распоряжались зловещими карт-бланшами.
Общее число людей, которых отправили в тюрьму пожизненно, невелико – несколько сот человек. Стоит только вспомнить, что каждый из них был таким же человеком, как любой из нас. А попал в тюрьму не за какие-то страшные преступления. Просто потому, что вызвал личное раздражение того, кто владеет карт-бланшем. Каждого из этих сотен заживо похоронили, как героя романа Дюма Эдмона Дантеса.[181]
Самый известный из этих королевских узников, так и сошедших в могилу, не раскрыв тайны своего имени, – это знаменитая «железная маска» – Le masque de fer. Этот заключенный содержался в различных тюрьмах, включая Бастилию, и всегда носил бархатную маску (позднейшие легенды превратили эту маску в железную). Умер он 19 ноября 1703 года, унеся в могилу свою тайну.
Возможно, «железной маской» был герцог Вермандуа, незаконный сын Людовика XIV и г-жи Лавальер. Этот «страшный преступник» дал пощечину своему сводному брату, Великому Дофину, и за это «искупал свою страшную вину» вечным заключением. По официальной версии, Вермандуа скончался в юности в 1683 году.
Возможно, «железная маска» – это старший брат Людовика XIV, незаконный сын Анны Австрийской. Людовик XIV узнал о своем брате уже будучи совершеннолетним и велел похоронить «грех» своей матери в Бастилии.
Существует версия, что «железная маска» – близнец Людовика XIV. Людовик XIII велел тайно воспитать этого принца, чтобы предотвратить те несчастия, которые, по предсказанию, должны были произойти в королевском доме от этого двойного рождения. После смерти Мазарини Людовик XIV узнал о рождении брата, велел его заточить и, ввиду их поразительного сходства, заставил его носить железную маску.
Может быть, «железная маска» – Маттиоли, министр Карла-Фердинанда мантуанского. Маттиоли обещал Людовику XIV в 1678 году, что он убедит своего герцога отдать Франции крепость Казале. Он получил даже 100 000 скудо и дорогие подарки, но выдал эту тайну Савойе, Испании и Австрии. Ходил слух: чтобы отомстить ему, французское правительство заманило его на свою территорию и заключило его в Бастилии.
Есть, впрочем, еще не менее 40 также увлекательных предположений.
Но кто был «железная…», вернее – черная бархатная маска, до сих пор не знает никто. Похоронен живым.
Убийство любовниц и дальних родственников, заточение в монастыре постылых жен служат убедительным доказательством того, что Иван Грозный – страшное чудовище на престоле. Но как тогда назвать Людовика XIII и Людовика ХIV – королей, по заслугам считающихся во Франции самыми мягкими и добрыми из монархов во французской истории? Чем они лучше?
Перенесемся, однако, в более цивилизованные времена. Начало правления Николая I, история подавления восстания декабристов.