Читаем Объять необъятное: Записки педагога полностью

— Работать над собой. У меня усидчивости мало. Много усилий требуется для сосредоточенности. Порой могу даже вспылить. Стремлюсь к сдержанности.

— Хочется не то чтобы знать, это само собой. Но шире видеть. А для этого надо и больше знать, и больше общаться, и больше читать.

— Мое самое любимое занятие—слушать птиц, хотя не всегда различаю их по голосам. Люблю музыку, Моцарта в особенности. В школе слушаем музыку почти каждый день.

— Заниматься самовоспитанием. Порой мешает не лень, а неподготовленность, что ли. Хочу работать над собой. Быть внимательным к людям.

— Люблю заниматься на кафедрах. Там учителя вроде бы те и не те. Настрой другой. Особенно интересно, когда идешь с опережением на год. Так было по математике, химии, физике… К себе уважения прибавляется…

Могут ли родители разделять все ваши увлечения?

— Нет. У них другое образование. Другая жизнь. Но они радуются, когда у нас что–то получается… Считаются ли с вами в школе педагоги?

— Чаще считаются, чем нет…

— Мы ведем разговоры на равных и с директором, и с завучем. Советуемся, спорим.

— Бывали случаи, когда не получалось, как мы хотели. Но к нам все же прислушиваются.

— Мне все время кажется, что учителя еще обидчивее, чем мы. С ними надо даже осторожнее, чем с ребятами.

— Чем больше нам доверяют, тем больше мы в себя: верим и больше делаем…

— С нами советуются, к нам учителя прислушиваются. Это большое дело…

— В лагере всё, что делаем, идет только через совет, бригадиров…

— У нас собраний формальных не бывает. С нами считаются…

— Мы многое решаем сами, например, в бригадах. Не директор школы, а мы сами, бригада решаем, кого поощрить и выделить за хорошую работу…

Ответы ребят не могут не радовать.

И все же на душе по–прежнему тревожно. Мысленно иду по школе и вижу не только радостные, не только задумчивые или грустные, но и пустые глаза. Недорабатываем. Что же не учтено? Где еще одна закавыка в системе наших представлений о будущей школе? И одна ли?..

Идет март нашего роста. Еще веет холодом непонимания, то там, то здесь лежат серые пятна незнания, неумения, и наши достижения пока только проталины, появляющиеся по всему полю предстоящих боев за новые и светлые начала жизни. Но мы с каждым днем все яснее: видим густую и буйную поросль нашей мечты. И это воображаемое завтра, становящееся после долгих лет труда все более ощутимым, придает силы надеяться, верить и созидать.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность — это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности — умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность — это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества. Принцип классификации в книге простой — персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Коллектив авторов , Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары / История / Прочая научная литература / Образование и наука / Документальное