Как же трудно было сосредоточиться на лекции, когда Бажова сидела так близко! Её присутствие было одновременно и вдохновляющим, и подавляющим. Она словно светила, излучая уверенность и жизненную энергию, а я, в свою очередь, чувствовал себя совершенно убитым. Я не мог отвести взгляд от её улыбки, от того, как она увлечённо обсуждала темы, которые мне казались уже давно знакомыми. В такие моменты я понимал, что она была для меня не просто студенткой, а чем-то гораздо большим, чем я мог себе позволить.
В результате, мои студенты стали жертвами этого внутреннего конфликта. Я не мог позволить себе расслабиться, когда в аудитории находилась она. Каждое слово, каждое объяснение давалось мне с трудом, и я всё больше углублялся в строгие требования и жесткие задания. Я знал, что они будут меня ненавидеть, и, возможно, даже задумаются о том, чтобы сменить преподавателя. Но в глубине души я понимал, что это было необходимо — не только для них, но и для меня. Я пытался скрыть свои чувства, но они, как всегда, выплывали наружу, и я не мог с этим ничего поделать.
В итоге, пара завершилась, и студенты, уставшие и недовольные, покинули аудиторию. Я остался один, погружённый в свои мысли о Бажовой, о том, как она могла бы стать частью моей жизни, если бы не эти внутренние барьеры. Я понимал, что, возможно, мне стоит изменить подход, но в тот момент это казалось невозможным. Я просто сидел в тишине, обдумывая, как же сложно иногда бывает совмещать личные чувства с профессиональными обязанностями.
В коридор вышел следом за последним студентом. Сделав пару шагов, я застыл как вкопанный, сверля взглядом свою студентку. Рядом с ней опять околачивался этот чертов Сомов, целуя МОЮ малышку. Как не придушил этого сопляка, сам удивляюсь, но чувство собственности вопило во все горло. Чтобы не наделать опрометчивых глупостей, поспешил уйти подальше от этой парочки.
Остаток дня провел на взводе, срываясь на студентах. Особенно отыгрался на группе Сомова и на нем самом, в частности. Знаю, что это совершенно непрофессионально, но ничего с собой поделать так и не смог. Вот некстати его пара у меня стояла, ох, некстати! Но теперь он надолго меня запомнит.
Домой вернулся совершенно вымотанный. Нужно успокоиться, и для этого у меня есть один действенный способ. Я набрал заветный номер, надеясь, что вчера по пьяни не наговорил ничего лишнего своему ангелу-хранителю. Но ни с первого, ни со второго звонка трубку так никто и не взял. Решив, что девушка занята чем-то важным, я отправился принять ванную. Может, хоть она сможет снять усталость прошедшего дня.
На телефоне включил любимую музыку, положив его рядом с собой. Но стоило мне лишь погрузиться в расслабляющую теплую воду, как песню прервала мелодия входящего вызова. Дотянувшись до лежащего рядом полотенца, я вытер мокрую от воды руку и взял телефон. На экране красовался белоснежный ангел с распростертыми крыльями, которого я поставил в качестве фона для контакта в справочнике.
— Привет! — раздалось из трубки, стоило лишь мне принять вызов.
Я откинул голову на бортик, прикрыв глаза. Губы сами собой расплылись в блаженной улыбке от одного лишь слова, сказанного мелодичным нежным голоском, окутывающим меня коконом умиротворения. Все проблемы сегодняшнего дня сразу же отошли на второй план, гонимые моим персональным Ангелом.
И вот почему Бажова не может быть такой спокойной и уравновешенной, как эта девушка? Наверное, стоит забыть обо всем и пройти мимо, попытаться построить отношения с моей очаровательной собеседницей. Хотя, еще не поздно все исправить и вычеркнуть из своей жизни эту навязчивую идею, что поселилась в моей голове. Не стоит забывать, что я для нее преподаватель, а она моя студентка, и ничего общего между нами в априори быть не может. Вот только при этой мысли я лишь усмехнулся, ведь сам еще совсем недавно говорил Екатерине, что в подобных отношениях нет ничего предосудительного. Да черт побери! Почему меня угораздило зациклиться именно на этой несносной девчонке?!
Глава 20
— Привет! — произнесла я, устраиваясь поудобнее в своей ванной с ароматной и густой шапкой пены.
Теплая вода в ванной, словно нежные объятия, окутывала меня, расслабляя каждую мышцу. Я погружалась в состояние полной нирваны, и все тревоги и негативные эмоции, накопившиеся за день, словно растворялись в этом парном облаке. Вода, струясь по коже, приносила с собой ощущение легкости и свободы, унося прочь все заботы и переживания.
Бокал красного вина, стоящий рядом, дополнял эту атмосферу, придавая мыслям легкость и воздушность. Каждый глоток напоминал о том, как важно иногда позволять себе расслабиться и насладиться моментом. Мысли становились тягучими и неторопливыми, как густой сироп, растекающийся по тарелке. Я не хотела думать о делах, об учебе, о проблемах, о том, что ждет меня завтра. В этот момент мне хотелось лишь одного: почувствовать себя нужной, желанной, ощутить тепло и заботу.