— Если талисман сделан, чтобы защитить не одного, а многих, он не принесет счастья, запертый в сундуке мага, — покачал головой Раттера. — Иначе все земли давно бы уже оказались под властью одного бессмертного безумца… К счастью, это не так. Рано или поздно могущественный талисман зла приносит зло тому, кто его создал, а талисман добра — мир и и благополучие многим.
Рана Риорда, утраченная нашим родом, побывала в разных руках, долго томилась в плену у стигийцев, пролила потоки крови, но, лишь вновь попав в руки, для которых была откована, обрела всю мощь и силу настоящего талисмана. Я хотел бы, чтобы каждый мудрый и справедливый правитель Хайбории имел бы свой светлый талисман, оберегающий его народ н сильный только в добрых руках. Такому королевству не страшны бы были все козни стигийцев и кхитайцев вместе взятых. Тогда, быть может, удалось бы сокрушить наконец жуткие обители мрака, откуда тьма расползается по всему миру…
Раттера замолчал, прикрыв глаза. Взгляд его был туманен и мечтателен. Конан, хмурясь, думал о том, что, если не считать Рорту, до сих пор ему не приходилось сталкиваться с талисманами власти, приносящими добро, зато не однажды добирался он до вершины темной башни, где сидел какой-нибудь иссохший от чернокнижия маг и колдовал себе кольцо или камень, или волшебный скипетр, суливший ему власть над всем миром. И сколько таких будет еще…
Их размышления оборвал резкий голос призрака:
— Потерпите, потомки Гидаллы, еще будет в Хайбории король, которому боги пошлют талисман невиданной силы. Он восстановит долгожданный порядок, и после веков тьмы придет к нам время света! Правда, не навсегда, ибо даже самые могущественные талисманы можно украсть, очернить или замуровать в древней крепости Файон. Но это будет, и будет очень скоро!
Я уже вижу могучего владыку на троне, правящего мудро и справедливо. В руке у него страшное оружие, света его бегут и жрецы Сета, и маги Красного Кольца, и приспешники Белого Квадрата. Он сравняет их твердыни с землей, он разметет по свету их тени, они будут бояться одного только звука его имени!
— Что-то у меня в последнее время начинает живот болеть от пророчеств, так меня ими перекормили, — недовольно проворчал Конан. — Все вы, провидцы, одинаковы: говорите загадками и намеками, никогда от вас не добьешься ничего путного.
— Скоро ты убедишься в том, что истинные пророчества не повисают в воздухе, а всегда исполняются в срок, — возразил ему на это Рана Риорда. Полумесяц секиры лежал на коленях у Раттеры, в его зеркальной поверхности на миг промелькнуло изображение высокого широкоплечего гиганта в черных доспехах, с сияющей короной на голове. На бедре у него был огромный меч с усыпанной камнями удачи и счастья рукоятью, в левой руке держал он огромный щит, а в правой, высоко поднятой над темноволосой головой, сжимал нечто, от чего исходил ослепительный алый свет.
— Так будет, — сказал призрак, и глаза его сверкнули смехом. — И так будет очень скоро. Ну, раз тебе не нужны пророчества, то я сделал для тебя все что мог и большего сделать не могу. Твой дракон спит, когда он проснется, будет снова свеж и бодр. А пока он спит, ты…
— Ты будешь желанным гостем на моем корабле, — перебил его Раттера, вставая. — Я с радостью принял бы тебя в своем доме в Торанноре, но до наших гаваней отсюда два дня пути, вряд ли твой дракон проспит столько времени, чтобы ты смог побывать у нас в гостях по-настоящему. Но мы не уйдем, пока вы не двинетесь в дальнейший путь.
Конан снова подумал о хорошем куске мяса и сглотнул слюну.
— Ты спрашивал, что ты можешь для меня сделать, Раттера… Достаточный ли запас вина на твоем корабле? — спросил он озабоченно. — Я не брал в рот ни капли с тех пор, как кончился последний кувшин, а было это шесть дней назад.
Атлант заново оглядел мощную фигуру киммерийца и не менее озабоченно покачал головой.
— Не знаю, не знаю, — задумчиво сказал он. — Кажется, у меня еще оставался бочонок — тот, что не влез ни на одну телегу, когда мы перевозили вино последнего урожая. Небольшой такой бочонок… Примерно с меня ростом!
— А ну-ка, где он? — хищно поинтересовался Конан и вскочил на ноги. — Надо бы проверить, может, он гораздо меньше, чем ты рассказываешь!
— Ну, — рассудительно ответил Раттера, шагая с ним по берегу к покачивающимся на мелкой волне кораблям. — Проверить это очень просто. Я выше тебя, и, значит, если ты поместишься в него с головой и еще останется место, я не соврал!
Киммериец расхохотался.
— А если он влезет в меня и еще останется место?
— Ну, тогда я скажу, что ты гораздо больше, чем кажешься на первый взгляд! — расхохотался в ответ предводитель атлантов.
ГЛАВА 9
Остров, где рождаются драконы
Три дня пути до заветного острова были исполнены мучительного безделья для Конана и нетерпеливого ожидания для дракона.