Исследования последних десятилетий показали, что пропасть между психикой человека и психикой животных гораздо меньше, чем кажется. Порой речь идет и не о пропасти даже, а так – о небольшом зазоре. И в первую очередь это относится к таким животным, как косатки, – далеким от нас эволюционно и по образу жизни, но близким по интеллекту и социальности. Как же живут и общаются между собой эти морские млекопитающие? Можем ли мы понять их язык? Как они строят свои семьи? Чем различаются рыбоядные и плотоядные косатки? Едва ли кто-то может рассказать об этом увлекательнее и авторитетнее, чем Ольга Филатова, биолог, специалист в области акустической коммуникации млекопитающих и поведения китообразных. Вместе с ней и ее коллегами читатель отправится на Камчатку, Чукотку, Командорские острова, где ведутся исследования китов, будет наблюдать за ходом трудных и захватывающих экспедиций, узнает, как началась и завершилась история отловов косаток в России и какую роль в борьбе с незаконным отловом сыграли ученые.
Биология, биофизика, биохимия18+Ольга Филатова
Облачно, возможны косатки
Научный редактор
Редактор
Издатель
Руководитель проекта
Ассистент редакции
Арт-директор
Корректоры
Компьютерная верстка
© Филатова О., 2021
© ООО «Альпина нон-фикшн», 2022
Пролог
Повсюду, сколько хватает глаз, выныривают косатки. Можно повернуться в любом направлении, досчитать до десяти, и за это время на поверхности непременно появятся черные треугольнички плавников. Они движутся в разные стороны, то быстрее, явно торопясь занырнуть, то медленнее, отдыхая после активной погони. Здесь их не меньше сотни, и все они пришли сюда, в мелководную бухту Грюндарфьордур на западном побережье Исландии, с одной и той же целью: наесться сельди. Сельдь заходит в исландские фьорды на зимовку, чтобы переждать долгие холодные и голодные месяцы с минимумом затрат энергии, не борясь с океаническими течениями, в спокойной, тихой бухте. Это отличная стратегия, которая оправдывала себя миллионы лет – ровно до тех пор, пока о ней не прознали хитроумные косатки.
Сельдь – относительно мелкая рыбка, чуть больше 30 сантиметров длиной; казалось бы, это не слишком подходящая добыча для огромного морского хищника. Но у этой рыбки есть два преимущества: во-первых, сельдь держится огромными стаями, а во-вторых, она очень жирная, а косатки любят жирную пищу. Чтобы не гоняться за рыбешкой весь день напролет, эти хитрецы придумали особую уловку – они заплывают в косяк сельди и резко бьют хвостом, издавая под водой громкий хлопок. Этот мощный звук оглушает всю рыбу, оказавшуюся поблизости, и селедки всплывают на поверхность, дезориентированные и совершенно беззащитные перед хищниками, которые спокойно собирают их одну за другой, как ягоды земляники.
С борта нашей лодки – шестиметрового оранжевого РИБа[1]
под названием «Танго» – в воду свисает провод. На конце его, скрытый толщей мутной воды, покачивается гидрофон – подводный микрофон, который записывает звуки косаток. Во время охоты они постоянно вокализируют, и мои наушники вибрируют от их пронзительных криков – не таких, как те, к которым я привыкла на Камчатке, и все-таки очень похожих на них. Лишь один звук явно выбивается из общего ряда – это так называемый «загонный крик», который косатки издают непосредственно перед ударом хвоста, когда глушат сельдь. Он очень долгий и монотонный, больше похожий на какой-то механический звук, и характерен именно для исландских косаток – даже их норвежские сородичи, которые тоже охотятся на сельдь и глушат ее хвостами, «загонный крик» не используют.