Ханна достала небольшой золотой клатч и положила в него ключ-карту. Брок осмотрел комнату на предмет безопасности, прежде чем уйти. Теперь, когда ранчо стало интересно прессе, он пожалел, что она живет в домике одна и уязвима.
Его взгляд остановился на двери в спальню. У него внезапно появилось видение, как они целуются на пороге этой комнаты, прежде чем упасть в кровать, которая ожидала…
– …Брок? – окликнула Ханна, пристально смотря на него. – Все в порядке?
Как долго он стоял так, фантазируя о мгновении, казавшемся настолько реальным? Брок стряхнул с себя ощущение, что попал в воспоминание, которое не воплотится. Без сомнения, он мечтал о таком сценарии, когда, по рассказам Ханны, провожал ее до дома. Его желание было острым, однако это не означало, что он будет быстр с тем, чтобы удовлетворить его. Сначала он постарается получше узнать ее.
– В полном. – Он приложил немало усилий, чтобы договориться об этом вечере. – Я с нетерпением ждал этого весь день.
Он подал ей руку, и они вышли из домика. Ветер раздувал подол ее платья, пока она усаживалась в машину.
Брок полностью сосредоточился на проселочной дороге, ведущей к его дому. Он никого не видел на своем пути, даже охранника. Его дом находился в самом отдалении, он выбрал себе участок возле Черного ручья между двумя основными ранчо. Возможно, это и объясняло тишину. Его брат Карсон заверил его, что служба безопасности работает на высшем уровне. По-видимому, Карсон инвестировал в частную охранную фирму, прежде чем позволил продюсерской компании снимать здесь. А после шокирующего заявления подруги Карсона, что ее мать может быть потенциальным шантажистом, Карсон нанял еще больше охранников, чтобы убедиться, что мать Эммы, Джейн Лейтон, не приближалась к собственности Макнейллов.
Когда Брок повернул к своему дому, Ханна ахнула.
– Что случилось? – Он повернулся к ней, но она неотрывно смотрела вперед.
– Это твой дом? – ошарашенно произнесла она. – Брок, он великолепен.
– Спасибо. Я годами его строил, и меня расстраивает, что я не могу вспомнить, как закончил работы.
Припарковав пикап рядом с главным входом, Брок вышел, положил ключи в карман и пошел помочь Ханне вылезти из машины.
– Ты это построил? – спросила она, осторожно спускаясь с подножки на каменную плитку.
Брок держал ее за руку, чувствуя мягкость ее кожи, сдерживая желание провести большим пальцем по ее ладони. Отпустив руку, он закрыл дверь и встал рядом, чтобы посмотреть на дом.
Большая часть фасада первого этажа была облицована речным камнем. Крышу террасы поддерживали каменные столбы, а балкон второго этажа был из дерева. Благодаря этим двум материалам дом смотрелся органично и на фоне леса, и на фоне широкого ручья.
– Большую часть дома я построил сам, за исключением водопровода и электричества. И еще заказывал экскаватор, чтобы вырыть фундамент. – Даже если у него не восстановится память, у него останется история строительства в фотографиях. – На протяжении нескольких лет строительство дома было моей второй работой, после лошадей.
Запах копченой панчетты и жареной курицы, доносившийся из кухни, напоминал, что скоро будут поданы закуски. Брок повел ее по дому, объясняя некоторые особенности, о которых она спрашивала по дороге.
Они обошли стороной кухню, где сегодня вечером властвовала шеф-повар и ее команда. Брок попросил накрыть стол наверху, на крытом балконе, с видом на Черный ручей. В камине уже пылал огонь.
– Это невероятно. – Ханна медленно закружилась. Стол уже был накрыт на двоих. На нем горели три белые свечи, окруженные подсолнухами, розами и оранжевыми лилиями.
Брок радовался тому, что его приготовления пришлись ей по вкусу. Единственное, он пожалел, что не нанял музыкантов и тем самым лишил себя возможности потанцевать с ней. Повода ее обнять.
– Мне жаль, что мы не смогли никуда сегодня выбраться. – Он еще не встречал женщины, с которой хотел бы провести такой романтический вечер. Во всяком случае, он не помнил, чтобы встречал.
В своем телефоне Брок не обнаружил никаких связей за последние полгода и предположил, что все свое свободное время тратил на строительство дома.
Ханна положила свою сумочку на столик у камина.
– Зачем куда-то выбираться, когда дома такая роскошь?
Брок подошел к ведерку с шампанским, которое стояло на подставке возле обеденного стола.
– Тебе налить шампанского? – Он повернул бутылку этикеткой к себе. – Вино – единственное, что мне разрешили сегодня выбрать. Все остальное выбирала шеф-повар.
– В таком случае налить. – Ханна подошла к нему ближе. – Только немного, потому что мне завтра работать.
– Я бы не был так уверен. – Он взял полотенце, чтобы открыть бутылку. – Ваш режиссер грозился свернуть съемки и вернуться в Лос-Анджелес, чтобы продолжить съемки на студии, если мы не сможем обеспечить ему конфиденциальность.
Брок налил шампанское в два бокала, и тут появился официант с подносом закусок и осторожно поставил его на столе.