– Ни одного. И хочу предупредить вас, что о вашей страсти к этой замужней женщине знает не только Руфат Асадов, который, кажется, знает обо всем на свете, но и ваша супруга. Более того, об этом знают и ваш сын Бахруз, и ваша дочь Айгюн. Согласитесь, что это не совсем правильно. Такая обстановка в семье сказывается на детях, на их воспитании, на их восприятии мира. Вам нужно чаще бывать в семье, а еще лучше переехать на дачу, поближе к жене и дочери.
– Может, нам с Тамиллой сделать еще одного ребенка? – зло спросил Гасанов. – Устроим себе развлечение в этом возрасте…
– Не нужно, – прервал его Дронго, – вашей супруге бывает больно, а вы в это время принимаете у себя посторонних женщин. Повторяю, что это не мое дело. Но такое поведение сказывается на отношении детей к вам, на их уважении или неуважении.
– Я им столько дал. Они еще смеют меня осуждать, – пробормотал Гасанов.
– И очень даже смеют. Черчилль говорил, что ребенка воспитывают корешки книг отцовской библиотеки. Даже не сами книги, а корешки книг. Нужно постоянно помнить об этом. Дети смотрят на вас и видят не лучший образец для подражания.
– Теперь понятно. Я должен стать образцовым мужем, заботливым отцом, прекрасным семьянином, лучшим организатором, добрым президентом компании. Только все это глупая мишура. Никому это не нужно.
– Это нужно прежде всего вашей семье. И лично вам. Чтобы дожить до завтрашнего рассвета.
– Все так плохо? – невесело усмехнулся Гасанов.
– Все не так просто, как вы думаете, – твердо сказал Дронго, – поэтому мы едем ко мне, и там я вас познакомлю с одним удивительным человеком. Он профессиональный автогонщик из Германии.
– Надеюсь, не Шумахер? – криво усмехнулся Гасанов.
– Нет. Лично с Шумахером я не знаком. Но этот человек был чемпионом Германии и вице-чемпионом Европы.
– Зачем он мне нужен?
– Я все продумал. Нам нужен именно такой специалист.
– Какой специалист?
– Его зовут Генрих Кальтц. Я вас с ним познакомлю.
– Для чего? Я не понимаю ваших намеков.
– Потом поймете. Сейчас самое важное – благополучно доехать до моего дома.
– У вас есть сомнения даже насчет этого? – Гасанов посмотрел в окно. – Неужели действительно кто-то из моих близких мог сдать меня? Я все время об этом думаю. Неужели такое возможно?
– Сегодня мы все узнаем, – твердо пообещал Дронго.
Гасанов замолчал. Он продолжал смотреть по сторонам, словно наслаждаясь московскими улицами в последний раз. К дому они подъехали ровно через сорок минут. Все вместе вышли из автомобиля и направились к подъезду. Знакомый охранник кивнул в знак приветствия. Они поднялись наверх. Дронго достал ключи. Отпер дверь. В квартире их уже ждали. На диване сидел мужчина, удивительно похожий на самого Мастана Гасанова. Тот вошел и от удивления даже всплеснул руками.
– Вы нашли моего двойника? – восхищенно спросил он.
Незнакомец поднялся. Он был немного выше Гасанова.
– Это не двойник, – возразил Дронго, – это тот самый автогонщик, о котором я вам говорил. Генрих Кальтц. Он загримирован под вас. Если подойти к нему очень близко, можно увидеть грим, накладные ресницы, нос, одним словом, он загримирован именно по вашему образу и подобию.
– Для чего? – спросил Гасанов.
– В вашем деле мне надоело быть пассивной, обороняющейся стороной. Сначала вас пытаются отравить, при этом гибнет ваша собака. Потом погибает ваша прачка. Затем пытаются убить нас с Эдгаром. Слишком нагло и слишком агрессивно. Я решил помочь убийцам и подставить им Мастана Гасанова, которого они жгуче хотят убить. Оставалось найти только хорошего автогонщика. И загримировать его под вас.
– Вы снова не сказали для чего?
– Я думал, что вы уже поняли. Он сыграет роль «подсадной утки» для убийц. Все дело в том, что есть конкретный организатор этих преступлений и есть исполнители. На первом этапе мы должны вывести из строя исполнителей. А уже затем приступим к поискам самого организатора.
– Вы уже знаете, кто это может быть?
– Примерно догадываюсь. Поэтому мне нужно, чтобы вы неукоснительно выполняли мои требования. Сейчас вы сядете за телефон и обзвоните всех троих вице-президентов, сообщив о том, что вы прилетели в Москву. Потом позвоните жене и скажете ей то же самое. Только не забудьте сообщить всем четверым, что сегодня в пять часов вечера вы приедете на дачу на своей новой машине «Ниссан Патрол». Вы ведь любите лично водить машины. А это совсем новая, вы приедете на ней. Вы меня поняли?
– А откуда мы возьмем эту машину? Она дорогая. Стоит около сорока пяти тысяч долларов. Это ведь огромный внедорожник.
– Я знаю. Машина уже стоит внизу. Я потратил на нее весь гонорар, который получил у вас авансом. Теперь вам остается только позвонить в офис вашей компании всем вице-президентам. Остальное мы будем разыгрывать сами.
– Хорошо, – согласился Гасанов, – что еще я должен сделать?
– Больше ничего. Я надеюсь, что мы сыграем последний акт в этой драме и закроем занавес навсегда. Пройдите к телефону и начинайте. Только постарайтесь говорить как можно более естественно.