И потому ЦК в своем постановлении от 5 сентября 1931 г. отнесся с такой серьезностью к оценке качества школьной учебы и неуклонно следил за его повышением. Недостаток систематики, скудность сообщаемых знаний, неумение отделить существенное от второстепенного, работа вслепую, без учета сил учащихся и их знаний, отсутствие ответственности со стороны учителя, переложение ответственности на самих школьников-бригадиров, отсутствие плановости в работе, применение методов, не помогающих работе, а мешающих ей, — вот те недостатки, на которые указал ЦК. Весь 1931/32 г. прошел под углом зрения борьбы за осуществление постановления ЦК: школы здорово подтянулись, самокритика обострила бдительность. 25 августа 1932 г. было издано второе постановление ЦК, где давались конкретные указания по выработке программ, давались указания насчет методов работы и создания необходимого режима, без которого невозможна ни правильно налаженная учеба, ни подлинное коммунистическое воспитание. Целый ряд новых, важных задач встал перед школой. Предыдущий путь развития создал условия для правильного их разрешения. Нужна очень большая, серьезная работа. Только подняв
Я коснулась в данной статье лишь вопросов массовой работы среди взрослых и вопросов массовой школы. Это лишь небольшой участок нашего культурного строительства, наших достижений, но участок чрезвычайно важный, влияющий на всю работу страны, участок чрезвычайно показательный.
Пройденный путь — база для дальнейшего развертывания культурного строительства и вширь и вглубь, база для построения подлинной пролетарской, социалистической культуры, такой, как ее понимал Ленин,
Один из чрезвычайно важных вопросов культурного строительства на Крайнем Севере — это вопрос о работе не только с самими отсталыми национальностями, ко и с теми национальностями, которые соприкасаются с ними, вопрос о работе с русским населением, для того чтобы оно могло активно помогать культработе. В русских школах важно ставить изучение языка окружающего населения, потому что вести на русском языке политпросветработу среди населения, которое на этом языке не говорит, — это ни с чем не сообразное дело.
Мне пришлось беседовать раз с избачами, приехавшими на экскурсию в Москву из Хакассии. Сначала делегаты стали выступать в официальных тонах. Я спрашиваю: «Ну, а как у вас обстоит дело с антирелигиозной пропагандой?» Они говорят: «У нас 80 % шаманов сдали бубны». Я говорю: «Это ладно, но нужна большая работа, чтобы ушли в прошлое все религиозные верования». Тогда один из участников конференции говорит:
«Шаманы бубны сдали, а когда идет лошадь, вымытая молоком — она считается священной, — все встают и в пояс кланяются лошади». Так что внешне как будто благополучно идет: бубны сдал шаман, — а лошади в пояс кланяются, потому что лошадь считают священной.
Этот небольшой разговор показывает, что надо подходить к вопросам антирелигиозной пропаганды не с формальной стороны, а надо глубоко изучить все условия хозяйственной жизни, бытовые, недавнее прошлое края. Изучать быт особенно важно. Ведь ничто так прочно не держится, как разные бытовые условия.