— Четверо?! — схватившись за голову, простонал Ингвэ. — Даже и один не проснувшийся уже было бы слишком много, но четверо!!! Четверых никак нельзя будет объяснить случайным совпадением…
При этих его словах глаза Ганимеда подозрительно сузились.
— Именно, — мрачно подтвердил он. — Именно на это и был расчет, — убежденно добавил он.
— Какой расчёт? Ты о чём? — недоуменно посмотрел на него Ингвэ.
— О том, что я никогда не слышал, чтобы тех, кого зачаровали своим пением сирены, нельзя было разбудить. Насколько я знаю, все их жертвы сразу же приходили в себя, едва только по тем или другим причинами переставали слышать их голос.
Ингвэ понимающе хмыкнул и задумчиво протянул:
— Во-оооот ты о чём. Хммм… Если я правильно тебя понимаю, ты намекаешь на то, что некто специально озаботился тем, чтобы, чтобы происшествие с фантомами не удалось замять одним днём?
Ганимед кивнул.
— Ты правильно меня понимаешь. С той лишь разницей, что я не намекаю, а совершенно уверен в том, что об этой четверке позаботились отдельно.
Ингвэ снова понимающе хмыкнул, повернулся к начальнику управления по борьбе с магическими злоупотреблениями, однако сказать ничего не успел, поскольку тот его опередил.
— Круглосуточная охрана, полное обследование и тщательное расследование, — с усмешкой предположил он.
Ингвэ кивнул и снова открыл было рот…
— И как можно скорей! — в очередной раз снял слова с его языка давний друг.
— Ха! Нет, не угадал! — не удержавшись от озорной улыбки, тоном забияки парировал Ингвэ. — Хотя, само собой, и это тоже! Однако, в данный момент, — на этих словах он помрачнел и тон его снова стал серьёзным, — меня гораздо больше заботит безопасность Пандоры. Сам понимаешь, если её подставили один раз, могут подставить и ещё раз. Или что ещё хуже, ей могут причинить вред. Не то, что я не доверяю твоим людям… Но практически для всех в Юсальфхейме она — опасная чужачка, чью магию они не понимают и потому боятся.
Поняв, к чему клонит друг, Стайлз виновато потупился и отрицательно покачал головой.
— Ингвэ, прости… — тяжело вхдохнул он. — Но даже ради тебя, я не могу позволить твоей гостье продолжать разгуливать на свободе. Ты сам только что сказал, что практически все в Юсальфхейме считают её опасной. Я не могу… — покачал он снова головой. — Прости.
— Можешь, — кивнул Ингвэ. — Можешь, — убежденно повторил он и добавил: — если Пандора согласится надеть антимагический обруч.
— Обруч?! Ничего себе забота о безопасности! Тебе ли не знать, что даже гильотина гуманнее этой штуки! — не сумел сдержать возмущения начальник управления по борьбе с магическими злоупотреблениями.
— Ингвэ, что ещё за обруч?! — обеспокоился Ганимед. — Если эта штука настолько опасна, насколько он говорит, ни о каком обруче не может быть и речи!
Ингвэ в ответ на это закатил глаза к небу, и хотел было объяснить, что он имеет в виду, но его традиционно опередил Стайлз.
— Рад это слышать, — одобрительно кивнув, прокомментировал он, возмущение Ганимеда.
— О том, чтобы оставить Пандору под стражей, кстати, тоже! — давая понять, что он, отнюдь, не на стороне нового знакомого, мрачно парировал блондин.
— А это рад слышать я! — иронично заметил Ингвэ. — И ещё я был бы рад, если бы и меня тоже выслушали, прежде чем обвинять в садизме! Ну что, могу я рассчитывать на пару минут вашего беспристрастного внимания?
— Можешь, — дружным, слегка смущенным хором ответили ему.
— Благодарю, — с кривой усмешкой изрек Ингвэ. Вслед за чем, чуть ли не торжественно объявил: — Вы оба забыли о том, что в связи с невероятно высоким уровнем магического дара Пандоры, электрические сигналы, вырабатываемые её мозгом в десятки, а то и сотни раз мощнее электрических сигналов вырабатываемых, например, моим мозгом. И это при том, что я — далеко не последний маг в Юсальфхейме. Другими словами, мощность магического поля Пандоры такова, что она либо подчинит себе излучаемые обручем электромагнитные волны, либо спалит его электронную начинку к гармовой бабушке!
Ганимед был склонен согласиться с Ингвэ, но беспокойство всё же победило, и он уточнил:
— Ты уверен в этом на все сто процентов?
— Даже на тысячу! — убежденно заверил эльф. — На ментальное здоровье Пандоры и её магический дар антимагический обруч окажет примерно такое же воздействие, как и обычный ободок для волос или диадема.
Ганимед, однако, выдыхать с облегчением не спешил.
— И что мешает членам Конгресса, требующим немедленно взять Пандору под стражу, задуматься об этом же?
Ингвэ широко усмехнулся.
— Столь раздражающая тебя непоколебимая вера нас, эльфов, в превосходство наших технологий! Да, я сужу по себе! — всплеснув руками, признал он. — И именно поэтому я уверен, что никому из моих коллег конгрессменов даже в голову не придёт заподозрить в действиях Стайлза подвох.
— И откуда такая уверенность? — уточнил Ганимед, которому доводы эльфа не показались внушающими доверие.