– Это я буду, да? Понял, понял. Чего кота за хвост тянуть – нашелся наш парень. Вчера и нашелся, на третий выезд. Всё как ты говорил – ДТП на Дмитровке, «мерин» с «девяткой» перекресток не поделили. Два трупа, из «девятки» которые, еще трое – в Склиф с переломами. Ну, и этот там стоял в сторонке. Наблюдал. Я случайно его приметил, камерой панораму брал, смотрю: на остановке – он не он? Народу много, не видно толком. Отснял я его хорошо, минуты две в кадре, на кассете посмотришь. А тачки у него нет, мы с полчаса еще на этом ДТП крутились, так он сел в автобус и укатил. Следить я не стал, как приказано.
– Молодец, Глеб…
– Подожди, это еще цветочки всё, ягодки впереди. Я ж его второй раз видел.
– Да ну!!
– Точно так, вечером, у нас уж смена кончалась. Правда, не ДТП, не пожар, банкира одного вместе с тачкой полетать отправили, прямо у собственного подъезда. Мы мчались, как угорелые, еле успели. Приезжаем, смотрю: обугленный каркас «бэхи» дымится, рядом менты суетятся. Пока взрывники приехали да начали там всё лентой своей огораживать, наснимать порядком успели. А потом собрались уже уезжать, глянь: у самого дальнего угла оцепления он переминается. Шлангом прикинулся – замаскировался в подъезде и смотрит.
– Просто смотрит?
– Ну, да. Стоит, не шелохнется. А потом чего-то не понравилось ему – нырк в подъезд! Я обрадовался: вдруг, думаю, живет он там. Мальца этого, стажера послал проверить, а подъезд проходной оказался.
– А он тебя не вычислил?
– Черт его знает! Да нет, наверное. Я ж не пялился, как баран на новые ворота, на него одного. Давай лучше материал посмотрим, – может, чего углядим в спокойной-то обстановке.
Пиликнула трубка. Антон раздраженно буркнул в микрофон:
– Да?
– Антон Вадимыч, это Ливитин говорит. Охрана. Тут человек пришел без пропуска, к вам вроде…
Ливитин из вохровцев старой закалки – без ксивы и президента не пропустит, костьми ляжет.
– Что за человек?
– Говорит со вчерашнего ДТП, свидетель.
– Свидетель?
– Да-да, – быстро-быстро закивал головой Глеб, – я на том ДТП с «мерином» кое-кого из очевидцев, тех, что на остановке стояли, попросил прийти в студию, наобещал с три короба: в ток-шоу, мол, будете участвовать. Подумал: вреда не будет, а пользы… Польза вдруг, да и будет. Мало ли. Может, нашего парня знает кто, каждый день на автобусе с ним на работу ездит или в одном подъезде живет.
Антон показал Глебу большой палец. Голос Ливитина в трубке всё еще что-то объяснял.
– Пропустите. Да-да, под мою ответственность. Выпишите пропуск на час. Пусть поднимется на четвертый этаж, студия семь, дверь с надписью «редактор». Спасибо. Глеб! Распечатай мне пару фоток нашего друга. Где лицо видно получше. Похоже, все-таки придется поиграть в детектив.
В дверь осторожно постучали.
– Входите. – Антон развернулся вместе со стулом к посетителю, да так и застыл на месте. Попытался сказать нечто приветственное, но не смог, лишь открывал и закрывал рот, словно пойманная рыба.
На пороге кабинета стоял высокий, нескладный человек в измятом плаще. Мрачноватое лицо, высокий лоб с залысинами, немного запавшие глаза… Просто усталый, забитый жизнью холостяк. Ничего неземного или сверхъестественного.
И всё же Антон молчал. Глеб, занятый пультом, обернулся, вскочил, попятился назад, попытался вжаться спиной в стеллаж.
– Так, – сказал посетитель. Голос у него оказался глухой, невыразительный. – Похоже, я пришел правильно. Разрешите присесть?
Антон смог только кивнуть.
– Спасибо. Итак, господа, скажите мне: на чем я засыпался?
– Прежде всего, – Антону, наконец, удалось взять себя в руки. – Кто вы такой?
– В смысле? – переспросил посетитель несколько агрессивно. – Мое имя? Фамилия? Род занятий? Краткую биографию рассказывать?
– Для начала хватит и имени.
– Станислав, коротко – Стас.
– Гм… Я – Антон, выпускающий редактор программы «Тревожный вызов», это вот – Глеб, оператор программы.
Стас кивнул.
– Это я знаю, два раза видел вашу машину. По ней и определил, куда идти. Программу вашу мне часто ПРИХОДИТСЯ, – он произнес это слово с некоторым нажимом, – смотреть. Только это не объясняет, зачем ваш… э э… оператор со своей камерой вчера весь день охотился за мной.
– Да ничего я не охотился! Скажи ему, Антоха! Он на всех происшествиях тут как тут, а я, значит, охочусь…
– Подожди, Глеб. Расслабься. – Антон нервно покрутил в пальцах ручку. – Стас, давайте не будем юлить. Тем более что своей первой фразой, помните: «на чем я засыпался?», вы выдали себя с головой. Стоп, стоп, стоп… – Заметив, что Стас хочет всё яростно отрицать, Антон жестом остановил его. – Подождите. Сначала я вам скажу кое-что. Вы, Стас, умудрились с конца осени сорок семь раз попасть в кадр на съемках наших сюжетов. Согласитесь, это выходит за рамки любых вероятностей. Даже самых, – он усмехнулся, – невероятных. Мы не собираемся раздувать из этого скандал или уголовное дело, например. Ничего противозаконного вы вроде не совершаете…
– Вроде… – эхом отозвался Стас и как-то поник головой.