Когда смерть приближается, больному обычно становится легче. Проснувшись утром, он чувствует себя бодрым, почти здоровым. Ум стал ясным, лицо и глаза полны жизни. Исчезли все боли, беспокойство и страх. Иногда и врачи, и родственники ошибочно принимают это за кризис — за то, что, больной начал выздоравливать. Но это не выздоровление. Наступил момент, когда смерть тела неизбежна, и организм прекратил борьбу за жизнь; не только сознание, но и тело приняло неизбежное, перестало сопротивляться и обрело покой. По сути, это последний подарок Господа умирающему — светлый и радостный день с родными. К вечеру такой больной обычно спокойно заснёт, а утром уже не проснётся.
ГЛАВА 15
Думая о смерти, мы обычно представляем себе умирание как какой-то короткий момент, мгновение. До этого момента человек жил, а теперь — только мёртвое тело. Конечно, смерть может быть и мгновенной, как, например, при разрыве снаряда, разорвавшем тело на части. Однако при естественной смерти, когда больной или старый человек умирает в постели, это совсем не так. Мы привыкли говорить о приходе смерти как о моменте: «Момент умирания напоминает переход из яви в сон», «В этот момент происходит то-то и то-то» и так далее.
Слово «момент» удобно, так как оно точно разграничивает два состояния тела — живое и мёртвое, однако такое обиходное понимание неверно. Смерть — не конец, и приход её — не момент, с которым прекращается существование Личности, а процесс, занимающий порой довольно продолжительное время.
Тело, как известно, состоит из клеток и тканей, и отмирание разных тканей происходит не одновременно.
После смерти клеток головного мозга клетки некоторых другиx, более примитивных, тканей будут ещё некоторое время жить и даже размножаться. Это и позволяет хирургам делать участившиеся в последние годы пересадки органов от одного человека другому или от мёртвого живому. Поэтому, с точки зрения биолога, нельзя говорить об единовременном умирании организма. После отмирания одних его органов или тканей другие, во всяком случае ещё какое-то время, продолжают жить.
Нас, однако, интересует смерть не отдельных тканей, а всего человеческого организма. Можно ли установить момент, когда жизнь полностью покидает тело? Этот вопрос имеет не только теоретическое, но и большое практическое значение. Констатировать смерть через несколько часов после её наступления нетрудно, признаки её очевидны и описывать их излишне. Но установить самый момент смерти тела гораздо труднее и не всегда удаётся.
У постели умирающего собрались родные. Он не двигается и, кажется, уже несколько минут не дышит. Нужно ли отказаться от последней надежды и начать прощаться? К губам поднесли зеркальце — запотеет ли? Но отсутствие дыхания ещё не равнозначно смерти. Извлечённых из глубины утопленников иногда удавалось оживить. Врач послушает, бьётся ли сердце, проверит, есть ли пульс, реагирует ли зрачок на свет, сделает даже крохотный надрез кожи — потечёт ли кровь? Однако и через несколько минут после остановки сердца и кровообращения людей удавалось спасти.
В поисках безусловного признака смерти организма было предложено считать человека мёртвым с того момента, когда запись электроэнцефалографа из волнистой линии превращается в пологую: это должно свидетельствовать о безусловной смерти головного мозга. Вскоре, однако, были опубликованы клинические наблюдения, показавшие, что и этот момент не абсолютно достоверен.
Раннее констатирование смерти очень важно при пересадках органов от умершего человека живому. В настоящее время это не такая редкая операция. Сердце, почку или печень нужно вырезать как можно быстрее — желательно сразу же после смерти донора, пока орган ещё жив и способен функционировать.
Мне приходилось присутствовать при таких операциях, и я опишу одну из них.