Мама, не веря себе, позвонила еще раз.
На лестнице было слышно, как открылся лифт. Как новые гости гурьбой прошли по коридору, позвонили, завалили в квартиру. Антон перевел дыхание, спрятал отключенный телефон. Убрал пистолет в кобуру. Застегнул куртку.
Больше всего сейчас ему хотелось уйти. Вернуться домой. Но это означало перестать уважать себя навсегда.
Он спустился по лестничному пролету. Протянул руку к звонку.
Дверь распахнулась, едва он успел коснуться кнопки. На пороге стоял Пиня.
— Очкарик?!
Казалось, Пиня не верит своим глазам. Антон чувствовал, как в такт сердцу бьется весь: бьются уши, губы, щеки, бьется пистолет на боку.
— Привет, — сказал он громко и четко. — Я не поздно? А где Алина?
Ирина наспех приковала скутер к ограде на детской площадке. Не дожидаясь лифта, взлетела на третий этаж и только тогда поморщилась, чуть коснувшись разбитого колена.
Демон держался рядом, как верный пес.
Ирина позвонила.
— Кто там?
— С киностудии!
Зашелестели замки. Дверь приоткрылась на цепочку:
— Антоши еще нет.
— Вы ему звонили? — быстро спросила Ирина.
— Да… Но… у него, наверное, сел аккумулятор в телефоне.
Ирина пошатнулась. Колено задергало, будто щипцами.
— Простите, как вас зовут?
— Раиса Николаевна…
— Раиса Николаевна, у вас дома нет, случайно, огнестрельного оружия?
Последовала пауза.
— Странный вопрос, — цепочка чуть подтянулась. — При чем тут… вы в самом деле с киностудии? Откуда вы знаете Антона?!
— Сейчас закроет дверь, — быстро сказал демон. Дверь захлопнулась.
— Пророк, — пробормотала Ирина.
— Надо было ногу подставить.
Ирина поморщилась. Привалилась плечом к стене, снова коснулась колена:
— Есть там ствол? Как думаешь?
— Судя по реакции — есть.
— И сейчас она пошла…
— Проверять, — прошептал демон.
— И если ствол на месте…
В глубине квартиры послышались быстрые шаги. Зазвякали замки, на этот раз нервно, приоткрылась на цепочке дверь:
— Откуда вам известно… кто вы такая?!
— Ствол не на месте, — тихо сказал демон.
— Раиса Николаевна, — сказала Ирина самым магнетическим из своих голосов. — Вы правы, я не с киностудии. У меня есть сведения, что сегодня вечером ваш сын попытается покончить с собой. Из пистолета.
Рыжий — медноволосый парень лет восемнадцати, увешанный металлическими побрякушками в языческом стиле, — играл фолк-рок; с точки зрения Антона, играл так себе. Пел получше, во всяком случае, вдохновенно. Аппаратура в условиях квартиры звучала плохо, Антон с ужасом думал, что чувствуют соседи. Но, как скоро выяснилось, соседи тоже были тут.
Народу собралось много — разношерстного, разноликого, знакомого и не знакомого друг с другом. Антон поразился, как легко у него получилось сюда вписаться, — надо было просто сидеть в уголке, потягивать свою «Балтику» и наблюдать.
Никого не удивило, что Антон не снял в прихожей куртку; не снял — значит, была причина. Пистолет, укрытый полой, приятно жался к боку.
Пиня был взбешен. Алина с великолепным презрением дала ему понять, что это ее дело, кого звать, кого нет. Ей Варя разрешила. Когда будет туса на Пининой квартире — тогда вэлкам, пусть ставит условия.
— А вот это у меня как бы электрический фолк, — хрипловато объяснил Рыжий. У Антона слегка болели уши, но этот парень ему скорее нравился.
От табачного дыма в комнате было туманно. К Антону подсела пьяненькая, веселая девчонка и начала рассуждать о музыке. Антон кивал, понимая из ее речи процентов двадцать.
Потом появилась Алина, оттеснила пьяненькую и уселась на ее место. Глаза у нее смеялись:
— Ну что, не жалеешь, что пришел?
Антон задрожал ноздрями, втягивая ее запах.
— Ты какой-то особенный сегодня, — заметила Алина проницательно. — Что случилось?
— С парашютом прыгнул.
— Нет, а серьезно?
Антон положил ей руку на плечо. Чувствуя пистолет, подался вперед — и поцеловал ее в губы.
— Я думала, он не знает, где ключ от сейфа.
Женщина расхаживала по комнате. Чтобы не путаться у нее под ногами, демону пришлось забраться в глубокое кресло, и там он сидел, нахохлившись, будто сова в полдень.
— Мы никогда об этом… После гибели… моего мужа… Мы с Антоном никогда… — Женщина путалась все сильнее, видимо, мысли ее значительно опережали речь. — Во всяком случае, это семейное дело, откуда вы знаете?!
— Вашему сыну угрожает опасность, — твердо сказала Ирина. — Ищите его.
— Как?!
— Вы что, не знаете, куда он пошел?
— В гости…
— Адрес?
— Вы что, думаете, я шпионю за своим сыном?! Ирина возвела глаза к потолку:
— Вы не шпионите! Вы вообще его не видите! Вы понятия не имеете, что с ним происходит! Он пошел на вечеринку с пистолетом, как вы думаете, зачем?!
— Мне надо принять лекарство, — пробормотала женщина.
— Кто там с ним еще есть? Одноклассники? Хоть один телефон!
— Я не знаю. — Женщина на глазах теряла остатки храбрости. — Я…
— Доступ к его мейлу? У вас есть пароль?
— Я… работаю с утра до ночи. Я работаю кассиром, я так устаю… чтобы он мог… я совсем одна, ни родственников, ни…
— Телефоны его одноклассников? Друзей? Хоть каких-то знакомых?
— Его записная книжка, — пробормотала женщина. — Бумажная… старая… в ящике стола.