Намёк был понятен. В матримониальные игры Милы, пока это не влияло на рабочий процесс, Антон Павлович принципиально не вмешивался. Но чисто по-мужски был на моей стороне, так что сейчас давал мне фору слинять побыстрее и подальше, пока Мила не освободилась и не попыталась прицепиться ко мне «на свободный вечер».
Впрочем, Милу, как оказалось, мы недооценили. Я даже специально посмотрел на часы — прошло семь минут, как я вышел из здания — и зазвенел мой телефон:
— Игорь, ты не мог бы вернуться? Тут по «Конусу» смету прислали, они всё подписали. Антон Павлович тоже уже расписался, на листе утверждения твоя подпись только осталась. В идеале нам бы сегодня им обратно всё отправить.
Динамик у меня громкий, так что мой заместитель отдела, который согласился меня подбросить до метро, всё услышал. Мы переглянулись и, не сговариваясь, ухмыльнулись. Сметы и впрямь были срочными, но можно их было подписать и в другой день. Мила на самом деле хороший секретарь и офис-менеджер, поэтому на подпись дала бы нам именно в понедельник с утра. Перед выходными заказчик всё равно кинет бумаги в долгий ящик, а вот пересмотреть документы на свежую голову в начале рабочей недели не помешает. Я всегда хожу домой пешком до метро и ещё не мог сильно далеко уйти. А тут весомый повод законно попробовать меня вернуть обратно. И личный интерес как бы ни при чём.
— Мила, извини, при всём уважении, но даже ради «Конуса» Лёша сейчас не сможет развернуться, мы на проспекте уже и на Вавилова поворачиваем. Я с ним на машине.
Я услышал в трубке голос генерального: «Ну, значит, точно судьба сказала — отложи до понедельника». И сбросил звонок.
— Не отстанет она от вас, Игорь Данилович.
— Ничего, надоест рано или поздно. И вообще, вот если бы у неё были просто планы погулять или хорошо время провести, то я и не против. Она девушка симпатичная, но если бы я хотел жениться, то не уехал бы из дома за полстраны. Раз уж меня там не догнали и не окольцевали, то и Мила не поймает.
— Сурово у вас там, в Челябинске, — поддел Лёша.
— А ты как думал, — отшутился я. — На самом деле наш городок хоть и не Челябинск, но всё равно область, и потому у нас самые суровые что мужики, что женщины.
Мы рассмеялись, потом Лёша спросил:
— Вас возле метро высадить?
— Ну не знаю. Мила как с цепи сорвалась. Она, кроме шуток, запросто попробует меня поймать возле метро или вообще домой ко мне приехать. «Документы срочно подписать», — передразнил я. — Наверное, пора с ней поговорить серьёзно, — вздохнул я. — Иначе для Милы это плохо закончится. В понедельник так и сделаю. А сейчас я даже не знаю, куда податься.
— Игорь Данилович, а давайте ко мне? Катя точно будет не против, сама давно зовёт, а уж дочки обрадуются тем более.
Я задумался с ответом чисто для видимости и как бы из вежливости, на самом деле приглашению я был очень рад. И Катя человек во всех смыслах золото, и детей я обожаю. Своих у меня не будет никогда — демоны не просто стерильны, наши интимные выделения вообще работают как стойкий долговременный контрацептив. Видимо, какой-то защитный механизм природы. Усыновлять же ребёнка я не рискну тем более. И не только потому, что живу как перекати-поле. Если меня скрутит приступ жажды, и я потеряю над собой контроль, то первым пострадает ребёнок. Демон в припадке жажды больше похож на животное, а не на разумное существо. Инстинктам хищника всё равно какого пола и возраста окажется жертва, лишь бы этого человека хватило на нужной силы эмоциональный всплеск. Но возиться с детьми я люблю, они это чувствуют и отвечают взаимностью.
— Уговорил.
Первыми на пороге меня встретили девочки и тут же начали делёжку:
— Дядя Игорь! Он со мной первый! Нет со мной!
— Оля! Маша! А ну, успокоились и дали дяде Игорю пройти и руки вымыть хотя бы, — шикнула на них мама. — Привет, Игорь.
С чего-то Лёша ко мне до сих пор обращается исключительно на «вы» и по имени-отчеству, зато жена сразу перешла на «ты».
— Да ничего страшного. Я им ещё в прошлый раз обещал. Буду исполнять.
Посидели мы и в самом деле хорошо, тем более дальше был выходной, и можно не торопиться. Я люблю поесть, и даже сносно готовлю, но по сравнению с Катей — мало того что профессиональным шеф-поваром, так ещё и влюблённым в своё дело — я полное криворукое ничтожество. Пока она чего-то там химичила с плитой, я помог младшей девочке нарисовать для конкурса в детский сад большого розового единорога. У старшей-третьеклассницы интерес был другой, так что с ней я выиграл один раз и специально проиграл две партии в шахматы. Дальше нас позвали на кухню… В итоге ушёл я, только когда начало смеркаться. Меня уговаривали остаться, но я вежливо отказался. На выходные были запланированы кой-какие дела, а выезжать по ним лучше из дома.