Боже, что я наделала? Неужели танцевала, как та женщина из видения, позволив другим увидеть то, что предназначалось для одного?! Но я же ничего не видела, не соображала, я была не здесь!
— Эллиор, не надо! — я чуть не плакала, глядя на это месиво из сломанных носов, выбитых зубов и прочего ужаса.
Сходили, мать его, на дискотеку!
А потом вспомнила.
«Отдайся ему, мое далекое дитя… принеси жертву…»
Что это было?! Что она имела в виду?! Ведь это же явно была она — та самая ведьма, проклявшая весь драконий род! А я — ее потомок, ее «далекое дитя»…
Что хотела сказать эта давно вымершая наложница, призывая меня «принести жертву»?
На вакханалию я смотрела уже краем глаза, погруженная в тревожные мысли. Я умру, если пересплю с ним? Потом умру? Он сам меня убьет? В принципе, ничего нового я не узнала, но как-то стремно получить подтверждение этому из уст прапрапрабабушки.
С другой стороны, она сказала «принеси жертву», не «принеси себя в жертву». Быть может жертва это не я, а… что-то другое? Но что?
Уже ничего не замечая и окончательно запутавшись, я побрела к выходу.
А драка тем временем набирала обороты и, судя по искрящимся кулаками Эллиора, грозила перерасти в еще один большой пожар. Да и не драка это была вовсе, а настоящее побоище — будто герой индийского кинофильма Огненный Лорд разбрасывал во все стороны здоровенных парней, как если бы они были мешками с мукой, а не людьми.
Решив, что в таком состоянии мне лучше не попадаться ему под руку, я ускорила шаг и вскоре оказалась в темном коридоре, ведущем куда-то в подсобку. Впереди замаячил аварийный выход.
Я остановилась в нерешительности. Вернуться, что ли?
— Это та сука, из-за которой все началось? Ту, что ты за задницу схватил?
Сзади возникли две мужские фигуры, выглядящими жуткими, огромными тенями в полумраке.
— Она-она! — прижав руку к окровавленному носу, один из мужчин шагнул угрожающе в мою сторону. — Извивалась как шлюха в стрипбаре… Я к ней сзади пристроился, а она еще выгибалась… крутила задницей, как первосортная блядища… Что сучка, допровоцировала народ? Иди, посмотри, какое там месиво из-за тебя… Мудила твой какой-то херней всех подряд поджаривает…
Уже не раздумывая, я бросилась к выходу, толкнула тяжелую дверь, буквально вывалилась наружу, и прижалась спиной к стене, тяжело дыша.
Боже, что я наделала! Мало того, что из-за меня столько народу пострадает сейчас, мне еще предстоит доказывать кой-кому, что я была не в себе, а не пыталась позлить его из-за той белокурой трясожопки.
Зяблый ветерок плеснул мне в лицо и напомнил, что чувствовать холод — не самое мое любимое занятие. Поежившись, я попыталась открыть захлопнувшуюся за моей спиной дверь, но с этой стороны открыть ее было невозможно, и я поняла, что теперь у меня стало на одну проблему больше.
— И что теперь? — начиная стучать зубами, спросила я в ночную пустоту.
Хоть бы эти двое с отбитыми носами и челюстями погнались за мной и открыли дверь, честное слово…
Но нет. Похоже, я перестала быть им интересна.
Обходить клуб, чтобы выйти к парадному ходу? А если там уже никого не пускают из-за драки? Может, поискать машину? Которая скорее всего заперта!
Черт! Вечер перестает быть томным.
Обнимая себя за плечи, я пересекла пустую парковку и остановилась на пригорке, обозревая обширный, темнеющий елями и соснами парк, который начинался сразу же за клубом. Мы ведь все еще находились в зоне, прилегающей к пригороду. Город, конечно, но самое его предместье — гаражи, частные дома, лесопарки, тянущиеся вдоль скоростных шоссе…
Втянув носом густой, пропахший смолой и грибами воздух, я поежилась…
Надо было что-то придумывать, что-то решать — как попасть обратно в тепло, как буду оправдываться. Расскажу ли Эллиору про свое видение, про «жертву» и про ведьму Адейлу из Мэделина…
Но что-то остановило меня, что-то неумолимо потянуло туда — в самую гущу темнеющего лесного массива. Что-то древнее, пугающее и глубокое. Неотвратимое, как отлив перед цунами.
— Беги, — произнесли за моей спиной.
Я даже подпрыгнула, оборачиваясь.
— Ч-что?..
За моей спиной стоял Эллиор.
— Ты хочешь в лес, не так ли? — глаза его светились в темноте, сияющие почти полностью — весь зрачок, целиком. Волосы были всклокочены после драки, щека вся в черной саже. Еще и пиджак порван на рукаве — причем так ровно, что сразу ясно было, что не рвали, а резали ножом.
Я стиснула зубы — надеюсь, он их там хорошо потрепал… И надеюсь, что не до смерти.
— Ты разве… не злишься на меня?
— Злюсь. Очень злюсь. Но это сейчас не важно. Ты почувствовала Зов?
— Зов?
— Да, — напряженный, он тяжело дышал, с трудом втягивая сквозь зубы воздух. — Тебе ведь захотелось в лес, правда? Чтобы там, среди деревьев… бежать от меня. Спрятаться.
О боже, да… поняла я, отступая на шаг. Я хочу туда, в лес! Хочу бежать от него… и хочу, чтобы он догнал меня там, в этом темном-претемном лесу… Догнал и…
— Но как же… — мои ноги уже подпрыгивали, но я все еще пыталась совладать с инстинктами. — Ты ведь потеряешь власть над огнем, Эллиор… из-за меня… А вдруг ты убьешь меня со злости?