Вопросительное выражение в глазах Чжи никуда не исчезло, поэтому, после короткой паузы, я продолжил:
— В чём-то мы с ним были похожи. Только он начал свой путь намного раньше и добился куда более серьёзных успехов.
Хмыкнув, девушка приподняла брови.
— Похожи? Чем именно? Почему у меня такое чувство, что ты что-то скрываешь?
Улыбнувшись, я пожал плечами, затем вздохнул и медленно изложил ту теорию, на которой ориентировались все мои сотрудники, знавшие о ситуации.
Сказать, что она сразу приняла всё на веру, было бы преувеличением. Чжи буквально засыпала меня вопросами, пытаясь понять, как кто-то, пусть даже гениальный, смог провернуть подобное в настолько далёкое время. Тем не менее, в конце концов, она уложила у себя в голове эту концепцию, приняв её в качестве объяснения.
Конечно, я мог бы рассказать ей всю правду. Учитывая её чувства, можно было быть полностью уверенным, что она не использует эту информацию против меня. Но я прекрасно знал характер девушки. Одно лишнее слово или случайно сказанная после пары бутылок соджу фраза могли создать угрозу для нас обоих. В конце концов, одно дело — склонить голову перед таким же, как ты, просто более умным, успешным и везучим. Списав всё либо на объективные факторы, либо на удачу, как это делают все проигравшие. Но признать своим лидером человека из другого мира — совсем другое. Не говоря уже о том, что у доброй половины людей моментально возник бы вопрос: «А человек ли он вообще?» Последствия подобного были бы весьма предсказуемы. Именно поэтому я изложил ту самую версию, которую использовали в качестве объяснения мои люди.
Когда затянувшееся обсуждение закончилось, Чжи откинулась на спинку стула. Поправила полупрозрачный короткий халат, под которым легко просматривалось её тело, и неожиданно посмотрела на меня с лёгким подозрением.
— А зачем ты убедил их надавить на правительство Штатов? Ради чего тебе сейчас туда лететь?
Прежде чем я успел ответить, девушка порывисто подалась вперёд и, впившись в меня взглядом, тут же продолжила:
— И скажу сразу: какая бы ни была причина, я полечу вместе с тобой.
Мгновение помолчав, я чуть развёл руками.
— Это лишь одно-единственное дело, которое нужно завершить. Мне нужна одна из компаний, которые купил Грэм. Вот и всё. Никакой угрозы.
Девушка иронично усмехнулась.
— Ну да. Сейчас ты говоришь, что угрозы нет, а послезавтра я увижу новости о том, как моего жениха арестовали где-нибудь в Вашингтоне. Или, ещё хуже, материал о том, как ты устроил референдум о независимости Калифорнии. Даже не думай! В этот раз я точно лечу с тобой. Тем более, ты сам говоришь, что никакой угрозы нет. Значит, это будет безопасно.
Отправка корейской команды для проведения расследования стала одной из тех задач, ради которых я использовал сегодняшнюю делегацию. Они должны были выступить на переговорах с правительством Штатов, потребовав участия корейских специалистов в расследовании деятельности Локхид Мартин. На том основании, что Грэм готовил, ни много ни мало, государственный переворот на территории Кореи и почти осуществил его.
Естественно, весь процесс переговоров проходил негласно. Учитывая ситуацию, подобная подача в медиа вызвала бы мощный резонанс внутри Кореи. Как минимум, появились бы вопросы: кто именно участвовал в процессе и почему все остальные их не остановили? Даже эта простая формулировка могла породить далеко идущие выводы об уровне вовлечённости элиты в тот самый «государственный переворот». А если вспомнить, что сейчас все эти люди действовали в моих интересах, подобное могло серьёзно помешать. По этой причине переговоры велись исключительно через дипломатические каналы или иными достаточно защищёнными методами. В конце концов, в процессе участвовали не только государственные чиновники, но и руководство крупнейших мировых корпораций. Это делало давление намного более эффективным.
К тому же, доля истины в этих обвинениях имелась. Роберт Грэм действительно обрушился на Корею, и разоблачение его действий было тесно связано с нашей страной. Так что основания требовать присутствия сеульских специалистов у местного руководства имелись.
Штаты были лишь одним из нескольких пунктов наших договорённостей. Впрочем, все иные касались исключительно внутренних корейских вопросов. Так, уже завтра моя компания по исследованиям и разработкам новых технологий должна была получить инвестиции на общую сумму в четыре миллиарда долларов. Достаточно, чтобы стать желанным работодателем для всех ведущих специалистов в этой области. Особенно, если учесть, что процесс изменения законодательства в других странах застопорился. Корея снова стала единственным местом, где исследования подобного формата возможны.