В-четвертых. Как ни крути, охота с ружьем (повторяю, если бобр не в воде, а на тропе, а стрелок – профессионал) получается более гуманной, чем охота с капканами. Если порассуждать, то границей между жизнью и смертью животного служит меткий выстрел, поэтому в восприятии животного смерть оказывается чем-то вроде щелчка выключателя света. Кто-то нажал на него, и свет погас. Зачастую зверь даже не успевает почувствовать боли, чего не скажешь о капканном промысле. Человек поставил капкан, вечером в него попадается бобр, но хозяин придет только на следующее утро, чтобы положить конец страданиям животного, а впереди у него долгая бессонная ночь в холодной мокрой норе, с железякой на ноге, болью и, главное, страхом. Да, не боль сильнее всего воздействует на психику животного, а именно страх. Ведь зверь всегда был хозяином своей жизни и волен был решать, что делать, куда идти, какое дерево грызть. Именно страх и заставляет животных отгрызать себе лапу, попавшую в капкан, кусать охотника и т. п.
Александр Иванович Куприн , Константин Дмитриевич Ушинский , Михаил Михайлович Пришвин , Николай Семенович Лесков , Сергей Тимофеевич Аксаков , Юрий Павлович Казаков
Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Внеклассное чтение / Детская литература / Проза для детей / Природа и животные