– Именно так, – подтвердил Натаниэль. Он помрачнел: – К сожалению, есть и более близкие примеры. Надеюсь, ты не забыл историю с Габи?
Габи Гольдберг около года назад подвизался стажером в агентстве Натаниэля и ввязался в историю с заказным убийством.
– Такое забудешь… – сказал Маркин. – Сколько ему дали?
– Двенадцать, – ответил Розовски. – Учли признание и тот факт, что он не был организатором… – он вздохнул. – Так что и упомянутый выше Розовски, по заданию широко известной русской мафии вполне мог ликвидировать одного русского бизнесмена и собирался ликвидировать следующего, но последний, защищаясь, застрелил его. Чисто, верно?
Маркин промолчал. Натаниэль некоторое время смотрел на помощника, явно ожидая восторженных комплиментов. Не дождался, сухо сказал:
– Завтра меня не будет.
– Почему?
– Должен же я сообщить клиенту о результатах расследования.
– Клиенту? – Маркин непонимающе взглянул на шефа. – Ах, да, вдове… Поедешь в Ашкелон?
– Обязательно. Доложусь, а потом пойду на пляж и, – он мечтательно зажмурился, – проваляюсь полдня на песочке.
– Давай я тебя отвезу, – великодушно предложил Маркин. – Чего тебе трястись автобусом?
Розовски подозрительно посмотрел на него.
– Рано тебе на песочке валяться, – сказал он. – Тебе работать нужно. Займешься делом Гринберга, понял? Старик вчера присмотрел себе новую пассию.
Маркин застонал:
– Ну сколько можно?!
Дверь приоткрылась, в кабинет заглянула Офра. Окинув взглядом двух мужчин, расслабленно лежавших в креслах в разных концах помещения, она хмуро спросила:
– Вам как – сварить кофе? Или вы все-таки поедете сегодня по домам?
– О! – радостно сказал Алекс. – Почему бы тебе не поручить дело Гринберга Офре?