Читаем Охотничье оружие. От Средних веков до двадцатого столетия полностью

По мере того как с 1850 по 1880 г. дизайн и техническое устройство револьвера быстро улучшались, тяжелый, достаточно неуклюжий многоствольный пистолет постепенно терял свои преимущества. В Америке в 40-х гг. XIX в. пистолет стал не просто практичным оружием, а вторым оружием каждого охотника. Очевидно, что по крайней мере в одном виде охоты, а именно в охоте на бизонов, он использовался как основное оружие.

Вероятно, профессиональный охотник на буйволов был доволен тем, что ему удавалось убить свою дичь из засады, не испытывая никаких угрызений совести. Но те, кому нравилось соединять развлечение с охотой, следовали обычаю индейцев, преследуя бизонов на лошади. Правда, белый человек использовал вместо лука и стрел револьвер.

Х.А. Ливсон дает следующий совет охотнику, который впервые ради предосторожности запасается хорошо обученной лошадью, наслаждающейся погоней, как и ее всадник: «Если отпустить поводья, тогда, с ушами, отодвинутыми назад, играя хвостом, она скоро доставит вас к дичи и свободной размеренной походкой станет двигаться с той же скоростью, что и бизон, перемещаясь галопом в 10 футах от него. Для того чтобы избежать несчастных случаев, ваш револьвер должен находиться на поясе или в кобуре. Затем, с помощью большого пальца руки, которым вы удерживаете револьвер, взведите курок, ударник поднимется, а пистолет подскочит вверх. Нацелившись как раз в область лопаток и примерно на две трети вниз от вершины выпуклости, стреляйте. Вместе с вашим криком это станет сигналом для лошади мчаться во весь опор».

Все это находили «весьма забавным» (рис. 126).

Даже тот, кто незнаком с правилами подобной езды, может легко представить, какие сложности подстерегали охотника, стреляющего с такой позиции. Расскажем одну историю. В 1871 г. великий князь Алексей Романов посетил фабрику Смита и Вессона в Спрингфилде, которая в то время выполняла большой контракт по выпуску револьверов 44-го калибра для российского правительства. В подарок ему преподнесли элегантный позолоченный револьвер.

Позже, во время путешествия по США, великого князя пригласили на охоту на буйволов, дав ему в проводники знаменитого Буффало Билла. Очевидец описывает охотничью одежду великого князя как очень «удобную и практичную. Он был одет в жакет и брюки из тяжелой серой материи, отделанные зеленым кантом, на пуговицах был вытиснен герб Российской империи. Брюки не были заправлены в сапоги, шляпа представляла собой австралийский тюрбан с верхушкой из ткани. С собой он взял русский кинжал и подаренный ему недавно револьвер Смита и Вессона, на рукоятке которого были вырезаны гербы США и России». К сожалению, хотя Алексей выстрелил из своего револьвера шесть раз с близкого расстояния, ему не удалось свалить ни одного животного.


Рис. 126. Охота на бизона с револьвером. Из книги Х.А. Ливсона «Охота в разных странах»


Более удачливым в охоте на дичь оказался полковник Дж.У. Шофилд, который внес несколько полезных усовершенствований в модель оригинального револьвера 44-го калибра Смита и Вессона. Когда он был занят своими экспериментами, то писал Д. В. Вессону 3 января 1875 г.: «…Убивает практически все, индейцы привыкли стрелять из него в любую погоду, причем в самых невероятных условиях. Во время моей последней поездки я дважды стрелял со своей лошади на скаку, и каждый раз мне удавалось поразить буйвола».

Однако излюбленной моделью револьвера для охоты на бизонов, бесспорно, продолжал оставаться точный и мощный кольт «Фронтир». Джордж Кетлин сделал несколько иллюстраций, на которых показал, как использовали револьверы Кольта во время охоты на бизонов и разнообразную дичь. Правда, сам он отдавал предпочтение револьверному карабину, которой можно было зарядить пулей или дробью. Кетлин прозвал его Сэмом, он представлял собой «шестизарядное небольшое ружье, всегда лежавшее передо мной днем и находившееся в моих руках ночью», оно часто упоминается в книгах Кетлина.

Другим убежденным сторонником револьвера Смита и Вессона 44-го калибра оказался известный меткий стрелок Уолтер Винанс. Вспоминая «добрые старые деньки», когда «повсюду бегали бизоны», он дает рекомендации по домашней охоте, во время которой, находясь на лошади, отстреливал из револьвера коричневато-желтых оленей. Охота проводилась в спокойной и утонченной обстановке английского парка. Время от времени Винанс предлагал, чтобы его приятели охотники в Индии попробовали охотиться таким же образом на свиней, но тут же делал оговорку, что это не вызывает особенных эмоций.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Алексеевна Кочемировская , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное