Читаем Октябрь в Пензе полностью

18 (31) декабря[51] в Пензе открылся губернский земский съезд. Лишенные возможности действовать, контрреволюционные политики на этом съезде подняли такую словесную шумиху вокруг Учредительного собрания, что с первого взгляда могло показаться, что за ними действительно кто-то идет.

В последний день съезд устроил объединенное заседание с Городской Думой и губернским земством, чтобы единодушными манифестациями в пользу Учредительного собрания «всей» «революционной демократии» застращать захватчиков большевиков. Съезд постановил передать власть в губернии органам самоуправления.

Совершенно юмористически в постановлениях съезда звучал пункт о том, что Учредительное собрание должно опираться на Советы. Вряд ли председателю «Учредилки» Чернову показалась очень мягкой поддержка Советов в виде красногвардейских штыков, весьма не любезно указавших ему и сонму учредиловских депутатов дорогу из храма власти.

Пока заседал губернский земский съезд, губернский Совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов формально провозгласил о переходе к нему всей власти в губернии, провел национализацию банков, арестовал и обложил контрибуцией десятка два крупнейших буржуа из той самой революционной демократии, которая фактически верховодила на губернском земском съезде.

Аресты представителей торговой и промышленной буржуазии были произведены Советами, как мера террора против капиталистической верхушки губернии и в фискальных целях, чтобы контрибуциями пополнить тощий бюджет Совета.

Почти единогласные резолюции губернского земского съезда, направленные против Советской власти, объясняются тем, что состав этого съезда был явно оторван от крестьянских масс губернии. Помещики, кулаки, кадеты, эсеры, меньшевики комфортабельно расположились на скамьях съезда. Это была сплоченная компания. Выступление автора этих строк по поручению губернского комитета РСДРП (б) было встречено на съезде полярным холодом и ироническими усмешками.

Горячие страсти съезда были запечатлены в длиннейших «революционно-демократических» резолюциях, которые помещики спрятали в своих конспиративных квартирах в Пензе, а кулаки, запрятав поглубже за пазуху, повезли пропагандировать в деревню. Резолюции губернского земского съезда были «последними словами революционной демократии», после которых она испустила последний вздох и утомленные челюсти ее были завязаны платком.

27 декабря 1917 г. (9 января 1918 г.) открылся 4-й губернский съезд Советов.[52]

Состав съезда был прямо противоположен составу предшествующего ему губернского земского съезда. Огромное большинство съезда представляли сельскохозяйственные рабочие, бедняки и середняки крестьяне. Съезд избрал большевистский президиум, в который вошли также представители лево-эсеровской партии. Единодушное избрание большевистского президиума было демонстрацией солидарности крестьянских масс губернии с рабочими и солдатами города Пензы и губернии, которые совершили советский переворот в самой Пензе и в уездных и промышленных центрах губернии, под руководством большевистской партии. Из наиболее активных большевиков — участников съезда я вспоминаю тт. Кривошеева (Н.-Ломов) и Архангельского (Рузаевка).

Деятельное участие в работах съезда принимал также старый партиец г. Охлопков, работавший в Мокшанском уезде.

Съезд обсудил и вынес решение по трем важнейшим вопросам революции:

1) международное и внутреннее положение Советской Республики, 2) земельный вопрос. 3) организация власти в губернии. Съезд протекал в высшей степени дружно. Выступление автора этих строк с докладом о международном и внутреннем положении Российской Советской Республики было заслушано съездом с большим вниманием.

Прения по этому вопросу порядка дня окончательно выявили, что трудящееся крестьянство было поднято Октябрьским переворотом на такую высоту политической классовой сознательности, что крепость его связей с советской системой и глубина его революционного настроения уже не могут быть поколеблены происками контрреволюционных классов и партий.

В основу аграрной резолюции съезда был положен декрет Советского правительства о земле, изданный в ночь на 25 октября (7 ноября). Съезд единодушно одобрил внесенную от имени губернского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов резолюцию об организации советской власти в губернии и избрал членов-депутатов в состав губернского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, подавляющее большинство которых были большевики. Съезд закончился восторженной демонстрацией готовности сельскохозяйственных рабочих и трудящихся крестьян бедняков и середняков поддержать всеми силами Советское социалистическое правительство, партию коммунистов-большевиков и ее вождя Ленина.

С этого момента Октябрьская революция прочно вошла в жизнь трудящегося крестьянства губернии и выковала его союз с коммунистическим пролетариатом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев бизнеса
10 гениев бизнеса

Люди, о которых вы прочтете в этой книге, по-разному относились к своему богатству. Одни считали приумножение своих активов чрезвычайно важным, другие, наоборот, рассматривали свои, да и чужие деньги лишь как средство для достижения иных целей. Но общим для них является то, что их имена в той или иной степени становились знаковыми. Так, например, имена Альфреда Нобеля и Павла Третьякова – это символы культурных достижений человечества (Нобелевская премия и Третьяковская галерея). Конрад Хилтон и Генри Форд дали свои имена знаменитым торговым маркам – отельной и автомобильной. Биографии именно таких людей-символов, с их особым отношением к деньгам, власти, прибыли и вообще отношением к жизни мы и постарались включить в эту книгу.

А. Ходоренко

Карьера, кадры / Биографии и Мемуары / О бизнесе популярно / Документальное / Финансы и бизнес
10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное
Адмирал Советского флота
Адмирал Советского флота

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.После окончания войны судьба Н.Г. Кузнецова складывалась непросто – резкий и принципиальный характер адмирала приводил к конфликтам с высшим руководством страны. В 1947 г. он даже был снят с должности и понижен в звании, но затем восстановлен приказом И.В. Сталина. Однако уже во времена правления Н. Хрущева несгибаемый адмирал был уволен в отставку с унизительной формулировкой «без права работать во флоте».В своей книге Н.Г. Кузнецов показывает события Великой Отечественной войны от первого ее дня до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Илья Яковлевич Вагман , Наталья Владимировна Вукина

Биографии и Мемуары / Документальное