Читаем Он познал всё полностью

– Работа не амбициозная, но приятная, – сказала она мне и загадочно улыбнулась. – Понравиться – станешь лицом фирмы. Кстати, с твоим отцом я познакомилась именно на этой работе…

– Но ведь ты никогда мне об этом не говорила, – наигранно обиженным тоном сказала я, – и никогда не рассказывала подробностей вашего знакомства.

– Когда-нибудь ты обо всем узнаешь, – продолжала загадочно улыбаться мама. Отец же лишь молча наблюдал за этой сценой.

В конце концов, подумала я, что это не такой уж плохой вариант – «не пройдёт и года», как говорится, а у меня будет работа.

И спустя месяц у меня уже был сертификат об окончание курсов секретарей и работа в небольшой, но довольно перспективной фирме. Это не могло не радовать. Да и работа оказалась не такой уж для меня неподходящей – вопреки тому образу, что рисовало моё ещё немного детское воображение. Да, было непросто, но я потихоньку справлялась.

Я печатала документы, разбирала бумаги, училась быть полезной для людей, потихоньку сливалась с коллективом. И разогревание обеда директору тоже было моей обязанностью. Через несколько недель я даже получила первую похвалу от начальника – за кротость и оперативное выполнение своих задач. Моя работа над собой давала результаты, и вскоре это заметили даже в соседних фирмах на нашем этаже.

Был обеденный перерыв, я неторопливо прихлёбывала чай, вокруг меня в столовой переговаривались и ходили туда-сюда другие сотрудники. Внезапно моё внимание привлёк один из менеджеров. Высокий, мускулистый, с бледным лицом, обрамлённым густыми черными волосами. Его запястье украшал браслет из рудракши. Это заинтересовало меня. Я вспомнила несколько преданий, связанных с такими браслетами.

– Должно быть, на другой руке у него точно такой же браслет. Да и на шее бусы из рудракш, – подумала я.

Воображение тут же нарисовало индийское божество из прочитанной недавно книги. Смуглое, черноволосое, с глубокими миндалевидными глазами. Вокруг его запястий и ног, точно большие змеи, обвивались браслеты из рудракш. И на шее были бусы из тех же рудракш, которые три раза обвивали шею и спускались до груди…

Я пару раз моргнула и снова сосредоточилась на парне. А он тем временем сел, и стал о чем-то увлечённо разговаривать со своим товарищем. Я уже поела, поэтому встала и решила пройти мимо этого парня. Подошла, прислушалась к разговору.

– Чтобы не быть похищенным инопланетянами, достаточно просто прервать телепатическое общение с ними, – эта фраза сильно заинтересовала меня. А парень продолжал.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Стилист
Стилист

Владимир Соловьев, человек, в которого когда-то была влюблена Настя Каменская, ныне преуспевающий переводчик и глубоко несчастный инвалид. Оперативная ситуация потребовала, чтобы Настя вновь встретилась с ним и начала сложную психологическую игру. Слишком многое связано с коттеджным поселком, где живет Соловьев: похоже, здесь обитает маньяк, убивший девятерых юношей. А тут еще в коттедже Соловьева происходит двойное убийство. Опять маньяк? Или что-то другое? Настя чувствует – разгадка где-то рядом. Но что поможет найти ее? Может быть, стихи старинного японского поэта?..

Александра Борисовна Маринина , Александра Маринина , Василиса Завалинка , Василиса Завалинка , Геннадий Борисович Марченко , Марченко Геннадий Борисович

Детективы / Проза / Незавершенное / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Полицейские детективы / Современная проза
Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее