Читаем Они полностью

У Самира были смешанные чувства. С одной стороны, Геран теперь обидится из-за пасынка (не поверит, что тот первый начал задираться), с другой, ему было приятно, что младший брат повел себя как мужчина и сумел правильно среагировать. Быстрая реакция — главное для мужчины. А еще Самиру было жалко этого непонятного юношу. Впрочем, непонятного в той в мере, в какой непонятны все русские. С ними потому и трудно: иногда совсем не можешь догадаться, что они сейчас сделают, по какой причине и зачем.

13

В Гоше все дрожало и кипело, он по горячим следам написал о происшедшем Супер-драйверу, оговорив в конце, что он не жалуется, а просто информирует. Супер-драйвер ответил быстро:


Super-driver. Убивать их мало. Обязательно накажем, только пожже. Потерпишь?

Goshа. Конечно.

Super-driver. А чего им было надо от твоего отчима?

Goshа. Не знаю.

Suрег-drivег. А твой брат не отдал ему деньги?

Gоshа. Вряд ли. Он никому не отдаст.

Super-driver. А они еще не вернулись? И он не нашелся?

Gosha. Нет.

Suрег-driveг. Он не дурак, чтобы ехать туда, где найдут. Я бы на его месте в Москве прятался.

Gоshа. Я тоже так думаю.

Super-driver. Если появиться, ты с ним поговори. Мы тут кстати решили вопрос о твоем приеме. Но ты должен знать: вступительный взнос 5000 $. Если не нравиться, скажи сразу.

Gosha. Нe нравится. У меня таких денег никогда не будет.

Super-driver. Будут. Возьмешь у Карьчина или брата. Для них это немного.

Goshа. Так они и дали. С какой стати? И брат не даст, а этот тем более.

Super-driver. Меня не интересует, как ты будишь брать и под каким предлогом. Если брат, то я бы своему брату дал бы без предлога. А Карьчину скажи, если хочет, чтобы от него отстали, пусть платет. Или будут за ним самолетики летать до самой смерти.

Gоshа. Это задание?

Super-driver. Какое задание, я сказал, вступительный взнос. Много? Я считаю — нормально. Другие платят. У нас будет партия богатых людей.

Gоshа. А если у кого-то нет таких денег?

Super-driver. Находят. В Москве всегда можно найти 5000. Некоторым снижаем до 3 и даже 1, но тогда у них испытательный срок, им не доверяют ничего серьезного, они не имеют права личьно общаться с драйверами и тем более со мной.

Gоshа. Можно подумать?

...

Gоshа. Мне просто надо сообразить, как это сделать.

...

Goshа. Я согласен.

...

Gоshа. Сколько даете времени?

...

Gоshа. У меня что-то со связью.

...

Gosha. Ты нарочно молчишь?

...

Gosha. Ну и х... с вами!

14

Добравшись до деревни Вотрино, где жила мать Ольги, они узнали, что Килил здесь не появлялся. В общем-то, все к этому были готовы: чем больше было дорожных мытарств, тем нелепей представлялось это путешествие, тем отчетливей понимали и Ольга, и Геран, и Карчин, что все кончится ничем и затеяно абсолютно зря. Хотя, пожалуй, у Ольги была все-таки надежда, но надежда самовнушения, самоуговора.

Очень устали.

Мать нажарила большую сковородку картошки, достала соленые огурцы, сало, самогон.

— Сама-то не пью, — объяснила она, выпивая первую рюмку за приезд гостей, — а мужики у нас жуткое дело, как лакают! Просто без просыпу. Вот я на них и стараюсь.

— Травите помаленьку, — шутливо сказал Геран.

Мать шутки не поняла, обиделась:

— Травят, кто технический спирт достает и с него сусло делает, а я гоню чистый зерновой самогон! У меня все берут и хвалят — и ни одна собака не отравилась!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза / Детективы