Особая благодарность легендарному разведчику, Герою России Владимиру Борисовичу Барковскому: наши беседы длились часами. Благодарю полковника СВР Юрия Сергеевича Соколова — связника Абеля и Коэнов. Очень много времени и сил уделил мне Герой России Александр Феклисов. Пожалуй, впервые советский резидент в Штатах четко и абсолютно ясно определил роль супругов Джулиана и Этель Розенбергов. Так кто же эта супружеская пара — единственная в истории США казненная за атомный шпионаж в пользу Советов? Правда ли, что работали на Москву? Были нашими атомными шпионами? Ответ на вопрос пытались найти уже несколько десятилетий. Впервые он дан в этой книге.
Впрочем, еще один герой разыскал меня сам. Вдруг пришел факс из Петербурга: «Прочитал вашу беседу с Феклисовым. Хотите узнать настоящую правду? Приезжайте! Йозеф Барр». И с тех пор я регулярно наведывался в Питер к Йозефу Вениаминовичу Бергу — он же Джоэл Барр — ближайшему другу и товарищу Розенбергов по партийной коммунистической ячейке. Барр предусмотрел возможность ареста: перебрался из США в Париж, затем в социалистическую — тогда — Чехословакию. Конечным пунктом маршрута и жизни оказался Ленинград-Петербург.
Только вот кем же на самом деле был Берг-Барр? Агентом Советов? Великим советским ученым, удостоенным Государственной премии за открытия в компьютерной технике? Или великим мистификатором? По предложению и с благословения трагически ушедшего Артема Боровика мы сняли с его же программой «Совершенно секретно» целый фильм о великом шпионе. Человеке, перехитрившем ПРУ, КГБ и себя? Добром знакомом Никиты Хрущева? В книге Бергу-Барру посвяшена целая глава.
Когда в начале 1993 года я только взялся за повествование о людях, укравших у США секрет атомной бомбы, казалось, что подлинные имена американских участников этой истории так и канули в Лету. Кто, к примеру, тот таинственный ученый, передавший Лоне-Лесли Крогер чертежи, похищенные из суперсекретной лаборатории Лос-Аламоса? Некоторые косвенные признаки заставляли предполагать, что агент, действовавший под кличкой то ли Стар, то ли Млад, дожил до наших дней. Уж очень старательно уходил от всех моих вопросов на эту тему муж Лесли-Лоны — старина Питер Крогер. Да и в Управлении «С», курировавшем нелегалов, разговаривать со мною об этом агенте сочли нецелесообразным. И догадки мои подтвердились, ибо время — вещь великая. То, о чем в 1994-м предпочитали вообще не говорить, вдруг выплыло наружу в конце столетия. Известно и имя ученого, и его судьба. Разгадка, как это почти всегда бывает, и проста, и сложна, ей посвящено несколько откровенных страниц.
Уверен, что читателю станет понятным, как же работали советские нелегалы и их агенты-помошники — граждане других государств. А чтобы сравнить методы разведдеятельности «наших» и «чужих», я привожу в этом сборнике и достаточно смелые высказывания, и откровения экс-генерального директора Секретной службы Франции Пьера Мариона, с которым волею судьбы не раз виделся и даже нарушал режим в славном городе Париже.
Ну а теперь к одному из главных героев — Абелю. 11 июля 1903 года в семье обрусевшего немца Генриха Матвеевича Фишера родился мальчик. Так как профессиональный революционер-большевик Генрих Фишер был в те годы выслан в Англию, то и рожать его молодой жене Любе пришлось не в родном Саратове, а в британском городе Ньюкасле-на-Тайне. Родители, влюбленные в революцию и великого Шекспира, назвали сынишку Вильямом.
Однако мальчику предстояло стать в этой жизни отнюдь не шекспироведом. Точнейшую характеристику его профессиональным качествам дал директор Федерального бюро расследований Эдгар Гувер: «Упорная охота за мастером шпионажа полковником Рудольфом Ивановичем Абелем является одним из самых замечательных дел в нашем активе…» А директор ИРУ Аллен Даллес добавил в строку биографии еще один лестный штрих: «Я бы хотел, чтобы мы имели таких трех-четырех человек, как Абель, в Москве».
А мы, грешные, так бы, наверное, никогда не узнали о существовании Фишера-Абеля, если бы не уж совсем громкое — даже для СССР — дело о его аресте и обмене в 1962 году на сбитого в российском небе летчика Пауэрса.