— Боюсь, что твоё оружие оказалось одноразовым, — произнесла я то, в чём боялась признаться даже самой себе. — После той поляны я больше не чувствую магии. Будто опустошённый резервуар.
— Ты расстроена из-за этого? — с сочувствием посмотрел на меня супруг.
— Нет, нисколько, — заверила я его. — Главное, что у нас получилось очистить твою планету от монстров.
— Ты даже не представляешь, как я тебе за это признателен! — искренне заявил он. — А насчёт магии — не переживай. Вполне возможно, что она ещё вернётся. Или у тебя были на неё особые планы?
Вообще-то да, были. Создать портал до Земли и наведаться в гости к друзьям. Навестить могилу родителей. Найти Мишель в моём теле, узнать, как она там поживает. Жива ли она вообще? Да и вообще пройтись по любимым улочкам родного города.
В голове пронеслись все эти мысли, но вслух я ответила лишь:
— Нет, никаких планов не было.
— Ты не умеешь врать, — мягко пристыдил меня Адриан.
А вот с этим утверждением я бы поспорила.
Глава 56. Признание
Желая увести разговор в сторону от щекотливой темы, я задала Адриану важный вопрос:
— Что происходит на Альгардии? Наверное, ты сейчас должен находиться там, в своём королевстве? Не волнуйся, я всё понимаю. Не стану закатывать тебе истерики, если ты в скором времени рванёшь туда. Поужинай и лети к своим людям. Представляю, как сильно ты им нужен.
— Я уже нахожусь там, где должен быть, — улыбнулся он, покачав головой. — Рядом со своей очаровательной, красивой и понимающей супругой. Для меня нет ничего важнее тебя, Мишель. А на Альгардии пока все дела разруливает герцог Ледигер. Он первым принёс мне магическую клятву верности, и я назначил его Главным министром. Не переживай: он надёжный дракон, я хорошо его знаю. Молодой, но очень умный и ответственный. Мы с ним знакомы с детства, его отец был министром безопасности. В случае, если возникнут проблемы, он пошлёт мне сигнал на этот артефакт, — Риан показал на новый перстень на своей руке, с бежевым камнем. — Вдобавок на несколько дней там осталась армия Тайлидеса во главе с Тарниго — чтобы пресекать мародёрство и волнения. Они подстрахуют.
— Тогда ладно, — успокоилась я. — А что насчёт этого герцогства? Как герцог Тэйт-Гард, ты вроде как подданый короля Тайлидеса. Разве может король Альгардии быть одновременно подданным короля другой страны?
— Ты права, это щекотливый вопрос, — согласился Риан. — Мы обязательно обсудим это с твоим отцом. Скорее всего, просто оформим эти земли на одного из наших детей. Надеюсь, у нас будет много наследников. Титул короля или королевы Альгардии унаследует лишь один из них. А другой наш ребёнок получит титул принца Альгардийского, герцога Тейта. Или принцессы Альгардийской, герцогини Тейт. У нас всё будет хорошо, Мишель, — подхватив на руки, муж понёс меня в спальню.
Дворецкий в коридоре услужливо показал направление и скрылся с глаз.
А Риан занёс меня в просторные светлые покои. Белая мебель, кровать под кружевным балдахином, огромное окно, стены с позолотой, — вся обстановка дарила ощущение красоты и уюта.
Здесь тоже, как и на веранде, всё было украшено цветами. Только на этот раз — красными. Алыми лепестками была усеяна вся кровать.
— Красавица… любимая… моя… — шепча на ушко разные комплименты и перемежая их нежными поцелуями в шею, Риан ловко расшнуровывал моё платье сзади, пока оно не упало к моим ногам.
Одежда Адриана полетела туда же. И моё бельё.
Муж не давал мне времени, чтобы смутиться: быстро уложил на кровать и ласкал так горячо и страстно, что эмоции зашкаливали, воспламенялась кровь, а разум с его стыдливостью просто растекался счастливой лужицей.
Напористый, уверенный, он не останавливался ни на секунду, покрывая ласками каждый сантиметр моего тела. А его зрачки от возбуждения то и дело становились золотистыми и принимали овальную форму, напоминая кошачий глаз и наглядно демонстрируя, что меня зацеловывает и гладит не обычный мужчина, а золотой дракон.
Чувствовала, как дрожат и перекатываются под кожей его стальные мышцы, видела в синих глазах безграничную любовь.
Идеальный. Сильный. Любимый. Мой!
Я всецело отдалась его напору. Меня целовали и гладили с таким упоением, словно я была самой вожделенной наградой во всех мирах. Ласки сводили с ума, а тело само выгибалось навстречу мужским губам и рукам.
При этом я ощущала его так остро, словно мы были одним целым. Одна сущность, одна живая вселенная, одна душа.
Его губы, язык, руки порхали по мне, погружая в чувственный водоворот страсти и удовольствия — изучая, исследуя, подчиняя, опаляя меня невыносимой нежностью этих горячих прикосновений.
Первое проникновение было осторожным и плавным, всё тело пронзило острое удовольствие, заглушающее боль.
В этот момент я смотрела ему прямо в глаза, и мне безумно нравилось то, что я в них видела. Безудержное желание, бесконечное обожание и любовь — я не просто наблюдала эти эмоции на его лице, а впитывала их всем своим существом.