А военного снаряда дано ему: две пушки медные, 100 ядер, пять пудов свинца, восемь пудов пушечного пороха. Но как в 1709 году в генваре месяце получены с Камчатки ведомости о худых поступках Атласовых и об отнятии у него команды, то Якутская канцелярия отправила вслед за Чириковым указную память, чтоб ему по делу Атласова учинить следствие, и оное дело прислать на рассмотрение в Якутскую воеводскую канцелярию с выборным приказчиком Семеном Ломаевым, также сборную ясачную казну на 1707, 1708 и 1709 годы.
Однако оная указная память Чирикова не застала в Анадырске и на Камчатку не отправлена, за малолюдством служивых людей в Анадырском остроге, ибо малых людей посылать в тот путь было опасно, для того что по Олюторскому и по Пенжинскому морю дорога от многих изменников занята была, так что они в 1709 году июля 20 числа, невзирая на знатную Чирикову команду, днем напасть на него отважились; бывшего при казне сына боярского Ивана Панютина со товарищи в 10 человеках убили, казну и военную амуницию разграбили, а остальных служивых принудили сидеть в осаде на пустом месте, от которой они 24 числа того ж месяца, учиня вылазку и олюторов счастливо отбив, освободились, потеряв двух человек в сражении, чего ради Чириков, прибыв на Камчатку, не производил следствия, довольствуясь одной командой.
В бытность его учинились два обстоятельства, достойные примечания: 1) несчастливый поход на Большую реку казачьего пятидесятника Ивана Харитонова, который послан был для усмирения тамошних изменников в 40 человеках, ибо изменники, собравшись во многолюдстве, 8 человек убили, а большую часть переранили, чего ради оставшие принуждены были сидеть в осаде недели с 4 и едва спаслись бегством; 2) разбитие на Бобровом море японской бусы, к которой Чириков в 50 человеках сам ходил.
И понеже японцы полонены были немирными камчадалами, которые близ оной бусы жили, то Чириков имел случай четырех бывших у них японцев выручить, ибо изменники, увидев служивых, в бой с ними вступить не отважились, но, оставив японцев, разбежались по лесу. В том же своем походе усмирил он изменников от Жупановой до самой Островной реки и привел в ясачный платеж, как прежде.
Между тем как Чириков из похода своего в Верхний Камчатский острог возвратился, приехал в августе месяце того ж года на смену ему казачий пятидесятник Осип Миронов, который отправлен из Якутска по выбору 1709 году в 40 человеках. Таким образом, собрались на Камчатке три приказчика Атласов, Чириков и помянутый Миронов, он же и Липин.
Чириков, сдав Миронову острог и все, что надлежало, в октябре месяце поплыл в Нижний Камчатский острог батами со служивыми и с казной своего сбора, чтоб, там перезимовав, следующего года идти с казной Пенжинским морем. А Осип Миронов, пробыв в Верхнем до зимы, декабря 6 числа в Нижний же острог отправился, для разряда служивых людей к судовому строению и к препровождению ясачной казны, оставив заказчиком в том остроге Алексея Александровых.
Но как он, исправив дела свои в Нижнем, ехал обратно в Верхний острог с прежним приказчиком Чириковым, то 20 человек служивых, которые давно уже были в злоумышлении на приказчиков, не допустив до острога, зарезали его на дороге. А происходило оное убийство 1711 года генваря 23 числа. После того удумали они и Чирикова живота лишить, однако по просьбе его дали ему время к покаянию.
Между тем сами в 31 человеке поехали в Нижний Камчатский острог, чтоб убить Атласова, и, не доехав за полверсты до оного острога, стали они в прикрытие, а в острог послали трех человек и дали им составное письмо к Атласову с таким приказанием, чтоб убить его в ту пору, когда он письмо читать имеет; но посланные вечером застали его спящим и зарезали. Тогда вся партия их в острог вступила, и стали десятками своими на три двора с ружьем и с копьями, а главные из них были Данило Анциферов да Иван Козыревский.
Живя в остроге, делили они пожитки убитых приказчиков, заводили казачьи круги, выносили знамя, призывали к себе в сообщение других людей и таким образом умножили до 75 человек свою партию, Данила Анциферова назвали атаманом, Козыревского есаулом, иных верстали в есаулы ж и десятники, и многие другие наглости делали; перевезли с Тигиля пожитки Атласовы, которые отправил было он с тем намерением, чтоб вести ему Пенжинским морем, пограбили съестные припасы служивых людей, которые на морской путь были заготовлены, расхитили паруса и снасти, которые оставлены были от приказчика Осипа Миронова для отправления Чирикова с казною тем же Пенжинским морем, а потом в Верхний острог уехали, и марта 20 числа Чирикова, оковав, в воду бросили.
Того же 1711 года апреля 17 дня подали они в Верхнем остроге для отсылки в Якутск повинную челобитную, в которой объявили причины, за что они побили двух приказчиков, Петра Чирикова и Миронова, а об Атласове не упомянули.