Впрочем, идиш, который знал меня лучше, очень непрозрачно намекал мне, что его анклав, вполне может помочь мне с решением этой маленькой проблемки. Однако я отказался, потому как у меня имелись свои, чисто бажовские способы покинуть Москву, о чём я естественно трепать анжинеру не стал.
Если говорит конкретно, то я собирался воспользоваться подземной сетью из вагонеток, проложенную в катакомбах обитавшими там Бажовыми. Одна из её веток, как раз была помечена как идущая за пределы Полиса. И пусть заранее проверить тот выход возможности у меня не нашлось, я полагался на то, что всё другие объекты и механизмы которые оставили после себя мои предки были вроде бы в работоспособном состоянии. Ну и частично, конечно надеялся на классический московский авось. Куда уж без него!
Знакомый район первого уровня города, где находился мой можно сказать любимый вход в канализацию, встретил меня позёмкой, которую ветер гонял по мостовой меж тёплых луж. Белым вонючим и удушливым паром, клубами валящим из воздухоотводов мануфактур и дырявых теплотрасс, а так же бесконечной капелью и струйкам талой воды, стекающим по ледяным наползям на стенах.
Дно Москвы как оно есть, во всём своём зимнем великолепии. Пустынное и погружённое в таинственную атмосферу из полутьмы и таинственного света пробивающегося сквозь закованные в ледяную тюрьму плафоны дневного освещения с брильянтовых дорог.
Заранее заглушив пароцикл, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, я быстро слил воду с котла и стравил лишний пар, я затолкал его в дворик-колодец заранее найденного мною заброшенного дома, квартирантов в котором не было уже наверно лет пять. Забавно, но при жуткой тесноте и постоянной нехватке жилых помещений на первом уровне, здесь всё равно всегда можно найти такие вот пустующие заколоченные бетонные коробки жить в которых люби просто-напросто отказываются.
Где-то произошло страшное убийство, где-то якобы живут призраки, а иные места просто заброшены по непонятной уже причине, но для народной памяти этого достаточно, чтобы дом считался «плохим», а люди ютились в забитых самостроем трущобах, лишь бы только подальше отсюда. Причём власти зачастую смотрят на это дело сквозь пальцы, ссылаясь зачастую на право частной собственности и ответственность владельцев, либо придумывая другие отмазки. В основном, дожидаясь пока здание не окажется в аварийном состоянии, чтобы просто демонтировать его и построить на этом месте новое, попилив и без того невеликий бюджет под первый уровень данного района.
Отодрав грязный и уже подгнивший лист фанеры, заменяющей снятую кем-то входную дверь, я завёл пароцикл внутрь подъезда и затащил аппарат по скрипучей лестнице на третий этаж, где в одной из квартирок, где в дальней комнате имелся замечательный самопальный чуланчик. Как раз по размерам готовый принять моего стального коня, если его аккуратно поставить в нём на заднее колесо. Что я и сделал, заодно заблокировав хлипкую дверь тяжёлым видавшим виды, потрескавшимся буфетом со с корнем вырванными дверками.
Хрен его знает, сколько дней меня не будет в Полисе и совершенно не хотелось бы просто бросать свой верный пароцикл просто так ржаветь на улице. Тем боле, что машины можно просто и не досчитаться, если поставить её не в том месте. Не уведут воры, так это сделает городовой, который вполне может посчитать технику брошенной, и потом ищи-свищи своего колёсного друга по административным стоянкам и гаражам с большим шансом на то, что на нем уже ездит сынок одного из мелких, но очень значимых на своём месте чиновников из местной администрации. Платных же парковок под ответственностью какого-нибудь клана, я в часовой шаговой доступности, я, поездив несколько дней назад мимо небоскрёбов, просто не нашёл. Возможно, они и существовали, однако времени заниматься углублёнными поисками, у меня не было.
Достав заранее припрятанный в соседней комнате большой вещмешок с притороченным с одного боку стреломётом, а с другого купленным в одном из магазинчиков неплохим лыжным комплектом, я нацепил его на себя и попрыгал, проверив, хорошо ли затянул ремни. В общем-то, идея, что если я ещё как настоящий чародей просто так бегать прямо по снегу, не проваливаясь в сугробы, то надо воспользоваться методами посадских простецов — была, как по мне, так вполне себе логичной.
Единственно существенной проблемой во всём этом деле, было то, что на момент покупки, я держал лыжи в руках, в первый раз в своей жизни! Впрочем, я не считал, что разобраться с ними по ходу дела, будет такой уж трудной задачей. Тем более, что продавец более мене объяснил мне на пальцах, как собственно на них ездят. Да и сам я не раз видел барышень из богатых простецов, с выпадением снега катавшихся на этих штуковинах ради удовольствия в парках неподалёку от Академии. И уж если эти слабые прекрасные создания были способны освоить эту науку, то у чародея, пусть и деревянного ранга проблем вообще возникнуть недолжно.