– Вон, пока до печенья дотягивайся, тренируйся.
– Слушай, умник, ты в курсе что принцессам иногда требуется напудрить носик? Как ты это себе представляешь? – мне уже самой стало интересно, что он ответит.
– Для напудривания носика в доме имеется превосходная ванная. Правда воды горячей там нет, но есть замечательная баня.
Я устроилась поудобнее. Иногда жизнь сдает удивительные карты. И выбирать не приходится. Ну, что же, будем играть с тем, что есть. И посмотрим, кто останется в дураках.
Руслан
Надежды на то, что ночь пройдет спокойно сразу не оправдались. Ей было холодно, жарко и неудобно одновременно, о чем она не преминула сообщить. Потом она проголодалась. Я тоже был не прочь перекусить, но варить кашу посреди ночи настроения не было. Я ей предложил говяжей тушёнки – замечательные консервы, жир на сантиметр – но она почему-то отказалась.
– С утра продуктов подвезут, что-нибудь приготовлю. А пока чем богаты, как говорится...
Я лежал в паре метров от нее, вытянувшись на раритетной, с металлическими шарами кровати и слушал поток жалоб и недовольства, льющийся из темноты. Кресло было неудобным, наручники мешали, я был тупой, – причин для недовольства было великое множество. Уснуть в таком состоянии было решительно невозможно.
– Алина, расскажи мне про своё детство, – мне хотелось сбить ее с критического настроя и голос ее слушать было приятно.
– Как я к врачам ходила, как боялась темноты и родителей потерять? Не дождёшься! Умник нашелся, – она возмущенно хмыкнула. – Я тебе сейчас всё про себя расскажу, поплачу, а ты меня пожалеешь, да? Ты лучше расскажи про
– Не наговаривай – в каске я лазал, в каске.
Помолчали.
– Руслан, мне надоело сидеть в этом дурацком кресле, – она добавила сочувствия в голос. – Тут же просто неудобно. У тебя голова соображает?
– Соображает. Могу предложить тебе кровать – рядом со мной.
– А больше ничего предложить не хочешь? Шеста у тебя нет, для танцев? Раскатал губу… – она обиженно засопела.
Спать было невозможно. Я включил торшер и посмотрел на Алину, спрятавшуюся под пледом.
Она внимательно смотрела на меня, склонив голову чуть вперед. В ярко блестящих глазах, несмотря на скудное освещение, проблескивали искорки.
– Ты красивая! – произнес я негромко. – Я рад, что судьба свела меня с тобой.
– А уж как я рада! Ты себе представить не можешь. Позже представишь. Дай мне возможность, и я тебе покажу, как я рада, – она засунула нос под плед и блестела на меня глазами, словно большая кошка из норы.
– Хочешь спать?
– Я хочу в туалет, можешь себе представить.
Ну что же. Рано или поздно это должно было произойти. Теоретически я был к этому готов.
– Алина, я физически сильнее тебя. Не забывай, – предупредил я на всякий случай.
Осторожно подошел к ней и расстегнул наручники.
Алина выпрямилась в кресле и принялась растирать и массировать предплечья. Потом провела массаж кистей рук. Затем, переплетя пальцы, вытянула сомкнутые в замок руки вперед и, закрыв глаза, потянулась. Выглядело это как подготовка к бою бойца средней весовой категории.
Я напрягся.
Грациозно поднявшись с кресла и бросив на меня оценивающий взгляд, она медленно отправилась в сторону ванной комнаты. Я, неловко переминаясь с ноги на ногу, перегораживал дорогу к входной двери.
Она сделала шаг ко мне, словно примериваясь перед разбегом для прыжка в высоту. Я упреждающе помотал головой из стороны в сторону. Наверное, со стороны мы смотрелись как тореадор с оппонентом – я прямо чувствовал, что мне не хватает шпаги и красного плаща. Обстановка накалялась. У них вообще-то железные нервы, у тореадоров. У меня – так себе.
Легонько покачавшись на носочках, Алина мгновенно выключила напряжение, развернулась, захватила плед с кресла и продефилировала в ванную.
Щелкнула задвижка.
Я выдохнул.
Не смея тревожить ее, включил на телефоне музыку и присел на нагретое ей кресло, ожидая ее появления.
Когда началась вторая часовая музыкальная подборка, стало понятно, что появляться она не собирается.
Я негромко постучал в дверь, но ответа не получил. Стукнул сильнее. Та же реакция.
Тогда я опять подогнал кресло к двери, чтобы исключить неожиданное появление и опять улегся на кровать. Мне было о чем подумать. Арслан не шутил, и я это отчетливо понимал. Пока обойти его варианта не было, поэтому стоило плыть по течению, подготавливая защитные сооружения. Алину стоило внести под укрытие этих несозданных пока сооружений любой ценой.