— С коня через стенку легко можно перепрыгнуть! — дипломатично возразил Лейн Уллер. Работать с парнем мне нравилось, так что я взял его с собой как сейчас, так и собирался взять в Кеттенхут. Как, впрочем, и Дэрта, там для него явно по профилю работа найдется.
— Как и от стрелы убежать, — согласился я. — Если повезет. Проезд они рогатками перекроют.
— Больше нечем им, Ваша Милость! — подтвердил один из кнехтов, среднего роста жилистый усач Эван Фейрер, в далеком прошлом подмастерье некоего златокузнеца, который оказал ему огромную честь и возжелал женить перспективного юношу на своей очаровательной дочке, которая ладно бы слишком часто падала перед благородными на спину, так еще и не собиралась в этом деле с замужеством останавливаться. — Сам двери в башню с герсой ломал и жег.
— Рогатки они с площадки натащили, — сказал я. — Не помню их рядом с башней. А сейчас есть.
— Там гнило несколько, кир! — припомнил Уллер.
— Тю! Лейн! — не стал мешкать с ответом уязвленный Фейрер. — Не вводи в заблуждение Его Милость! Их мы первыми на костер пустили.
Но как обнаруженных наблюдателей из башни лучше всего было выкурить, причем бесшумно, ясности все равно не было. Пока что.
Противника я не видел, но обострившийся за последние полгода нюх докладывал, что он где-то рядом. Пахло уже не только дымом, но и вреде бы даже вкусностями. Наши недруги изволили варить завтрак. С мясом, если мой нос меня не обманывал.
Появившийся внизу Уллер поднимался по склону стараясь не только не оступиться, но и снегом как можно меньше скрипеть.
— Внизу, на обочине за камнями жрать варят, кир. Дорогу перекрыли рогатками. Ночуют здесь же. Палатки, шкуры, лапник. Истоптано все, по всему видать не первый день тут сидят.
— Сколько их?
— Простите, кир! — смутился кнехт. — Голов двадцать, может чуть больше.
— В башне еще пять-десять, — подумал вслух я. — Если это скольдцы, то где остальные?
— Не знаю! — едва уловимо пожал плечами воин. — Но больше здесь не поместится.
Я поднял брови.
— Скрытно, кир! — без слов понял, что я хотел спросить кнехт. — Чтобы от ворот не увидели.
— Веди! — сказал я. — Далеко до них?
— Локтей на тридцать внизу. Ну и может быть шагов на тридцать в сторону башни. — Лейн задумался и уточнил уже по собственной инициативе. — До первых лежек.
Хорошенько подумав, заходить ворогу в тыл морем я не рискнул. Во-первых, по зимнему времени уцелевшие плавсредства готовы не были; во-вторых, не угадать с мореходностью было бы очень обидно; в-третьих, зоны возможной высадки могли если не охраняться, то наблюдаться; и в-четвертых, обходной путь горами я знал и соответственно с малой группой мог обойти донжон несколько быстрее чем летом. Что собственно и произошло. На дорогу мы могли спуститься еще вчера вечером. Но так как следы людей по свежему снегу видели, а их самих нет, я все-таки с этим делом поостерегся и решил с рассветом походить поверху, логически рассудив, что вторую группу противника наверняка можно будет найти где-то у башни, метрах так в двухстах от нее.
Так и произошло. И вот теперь, на распустивших к завтраку пояса людей сверху смотрела смерть. АКСУ в этот раз я оставил жене, так что вытащенный из-за пазухи «Шахин» пришлось устанавливать на «Весло». Уллер, флегматичный экс-дупликарий Хэнк Черба и Логан Когген упавший передо мной на колени с просьбой взять в рейд, когда группа забрела к Коггенам скоротать время перед рассветом, старались лишний раз не вздохнуть рядом.
— Я бы конечно повременил, — задумчиво сказал я, разминая пальчики. — Вдруг тут не все. Но увы, времени у меня уже мало.
Кнехты сохраняли почтительное молчание. Я пожал плечами и поудобнее прилег за кустом. Супостаты собирались к котлам. В направлении башни посматривал только один из них, видимо командир, крепкий бородач в коротком юшмане. Нашего появления уже видимо и не ждали, не менее чем я логически рассудив, что коли у тебя впереди длинная дорога по зимней дороге, то выезжать надо едва рассветет.
Повара начали раскладывать кашу по мискам.
Я наложил марку прицела на центр толпы и уронил рычаг переводчика в крайнее нижнее положение. Подумал и поднял на щелчок вверх. Оттянул затворную раму в крайнее положение и, выдохнув, отпустил. С, как показалось, оглушительным лязгом в патронник зашел первый патрон.
Борода видимо что-то слышал. Он уже не поглядывал в сторону башни, а искал взглядом источник лязга. Как и один из воинов с светящейся в руке миской каши. С последнего я и начал, перечеркнув очередью не только его самого, но и толпу голодных с ним рядом. Да и второй кучке тоже досталось. Вторая и третья очереди закрепили эффект.
Теперь пришла пора одиночных. Внизу уже начинали истошно кричать.
Выстрел! И у так и стоящего среди трупов повара подломились колени. Воин в трех метрах, залег на камнях. Выстрел! Промах! Чуть ниже! Выстрел, выстрел! Перебежать мужик не успел. Выстрел! Еще один, неосторожно глянувший в мою сторону потерял шлем. Труп? Контрольный выстрел. Голова дернулась, тело завалилось назад.