Еще один отряд Ультрадесанта вошел в командный узел с другой стороны. Ток Деренот ощутил волну столь сильного разочарования, что у него едва не закружилась голова. Теперь он понял, в какой войне участвует вместе с братьями. Сплетение пещер было не только слишком большим, чтобы его контролировать, но и слишком сложным, чтобы его выучить. Коммуникации были слишком разобщены. Возможно, у Ультрадесантников дела шли лучше, но на данном этапе не было возможности узнать, сколько Несущих Слово добралось до аркологий, и где они находятся. Ток Дереноту представились происходящие в сети отдельные стычки, где победы и поражения важны лишь для непосредственных участников, а объединяться удается лишь случайно.
Вот только Ультрадесантники знали эту местность. Они смогут связаться. Скоординироваться. Они уже это сделали.
Уничтожение командного узла стало более насущной задачей, чем когда — либо прежде.
Обстрел застиг Несущих Слово на открытом пространстве. Прежде чем они смогли открыть ответный огонь, он уже отбросил их на шаг назад. Теперь у Ультрадесантников было преимущество высоты, а в зале отсутствовали хорошие позиции. Единственной защитой являлось слаженное наступление: бросок к окнам.
Снаряды и пламя во все стороны на рампах. Осколочные гранаты рвались посреди отделения и внутри узла. Воздух заполнили каменные осколки. Прямо перед Ток Деренотом Дар Хатууна подняло взрывом в воздух и сбросило с рампы. Рыча от ненависти, Несущий Слово исчез в темной бездне внизу. Его проклятие становились все тише по мере падения, однако Ток Деренот так и не услышал, чтобы он ударился о дно.
Стену центра сотрясли ответные взрывы. Свет внутри замигал, а затем пришел в норму. В одном из окон огонь Ультрадесантников прервался. Пауза была короткой.
Гул стал оглушительным. Гром заполнил собой скалы пещеры. На дальнем правом краю зала располагался клапан трехметрового диаметра. Он с грохотом вылетел. Из зева, а также из дюжины других труб по периметру зала, рванулась серебристая жидкость. Но гул все нарастал, словно в пещеру вот-вот должен был обрушиться колоссальный водопад.
Вокруг серебристой пены воздух смерзался в кристаллы.
Оставшиеся Несущие Слово отступали. Гиперохладитель был не тем врагом, с которым можно сражаться. Они карабкались по щебню, чтобы оказаться на возвышении. Гиперохладитель полился через края рамп в бездну и растекся по основному полу. Ток Деренот успел лишь забраться на плиту высотой по пояс, прежде чем мимо него понеслось смертоносное серебро. Он увидел, что поток из клапана слабеет, и начал высматривать маршрут обратно к командному узлу.
Но гром продолжал бушевать. Все громче и громче, заполняя пещеру давящим шумом. И вот тут начался потоп. Гиперохладитель с ревом хлынул в пещеру изо всех входов. Река была лишь прелюдией. Теперь явилось море. Волны доставали до потолка. В одно мгновение воздух внутри зала обратился в ломкий лед. Все побелело. Дыхательный аппарат Ток Деренота силился втянуть внутрь кислород. В легкие вонзился острый холод пустоты.
Волны неслись к центру помещения. Выхода не было, и уже через считанные секунды пещера стала бы новым резервуаром с гиперохладителем. Ток Деренот спрыгнул с плиты и побежал обратно к рампам. Он шлепал по лужам гиперохладителя. Керамит на сапогах трескался. Он сделал три шага вверх, и из основного клапана опять хлынула жидкость. Он оказался в ловушке. Он остановился. Стена заполняющего зал гиперохладителя толкала перед собой воздух, и со всех сторон на него обрушивался ледяной ураган. Вокс заполняли звуки конца братьев. Агония тех была краткой и ужасной. Они замерзали и разбивались, тонули и крошились. Навеки исчезали в волнах.
Некого просить о помощи. Никаких вариантов. И все же он боролся. Ток Деренот побежал навстречу гиперохладителю, стекавшему по рампе. Прямо перед тем, как тот добрался до него, он прыгнул в сторону. Кромки каменного моста были неровными. Он вбил кулак в скалу и повис над бездной. Серебро перелилось через край и дождем хлынуло на него. Сервомоторы доспеха дали сбой. Координация нарушалась. Правая рука дернулась и попыталась отпустить рампу. Холод резал его, словно коса. Чувства отключались, пытаясь защитить сознание. Но коса все равно врезалась глубоко. Поток не накрыл его полностью, однако в мире остались только боль и серебро.
Вокс молчал. Братья были мертвы.