Читаем От Диогена до Джобса, Гейтса и Цукерберга. «Ботаники», изменившие мир полностью

Воз женился и с удовольствием продолжал работу. Джобс же в это время становится бизнесменом. Он понял, что его сила – в придумывании инновационных продуктов и принятии на работу нужного персонала. При этом он тратил невероятное количество энергии, которая, как предположил его друг Дэн Коттке, питалась глубоко сидящим внутри комплексом неполноценности: «Я думаю, нельзя отрицать тот факт, что Стива постоянно колола в сердце некая игла. Глубоко в его душе засела неуверенность в себе, которая заставляла его вести себя так грубо, чтобы почувствовать себя уверенно. Он был сиротой. Скорее всего, это пробуждало в нем тщеславие, которое большинство из нас никогда не смогут принять».

Очень скоро Apple превратился в центр Силиконовой долины и стал пристанищем для ботаников этого мира. Джобс знал, что пробуждающаяся эпоха компьютерных технологий была их эпохой. Компьютерные фирмы нуждались в ботаниках, потому что они были отличными работниками: очень умными и нетребовательными. Джобс во время собеседования не проводил никаких психологических тестов, как это практикуется до сих пор в американской деловой жизни. Он составил свой список вопросов. Например: «Сколько раз вы уже употребляли наркотики?» или: «Когда вы потеряли девственность?» Ему было важно, чтобы соискатель сумел противостоять двум его лучшим программистам в видеоиграх – настоящий тест для интеллектуала. Тот, кто не сдавался, получал работу.

Впрочем, заработная плата не была царской. Джобс платил своим инженерам не более $30 000 в год, но ожидал от них, чтобы они работали по 80 часов в неделю, а при необходимости еще и по воскресеньям. По неписаным законам Apple дом и семья не должны были входить в планы работника. Есть ходили либо вместе, либо заказывали пиццу. «К требованиям, которые предъявлялись кандидату, относилась любовь к пицце с ананасами, – вспоминает Крис Эспиноза, один из первых работников Apple. – Мы действительно спрашивали людей об этом». Если кто-то намекал, что его дома ждет подружка, Джобс в непонимании тряс головой.

Несколько лет модель Джобса пользовалась успехом. Армия его ботаников произвела революцию на рынке персональных компьютеров, и такие банальные вещи, как оплата и свободное время, не играли никакой роли. Кроме того, Джобс как никто другой мог увлечь людей своим энтузиазмом и выжать из них максимум. «Он бы смог сделать так, что рабы по своему желанию начали строить пирамиды или гребцы римской галеры с удовольствием позволяли себя избивать плеткой», – говорит Джефри Янг, признанный знаток Силиконовой долины.

Однако в 1985 году сотрудникам Apple надоело, что их эксплуатируют, к тому же Джобс все больше становился диктатором, проявляя несносные черты характера. В Time Magazine вышла статья с циничным названием «Книга Иова». Он оказался один. Даже Воз был больше не на его стороне. Друг из тех времен, когда Apple только начинала работать, после падения на своем самолете решил уйти из компании. Он какое-то время работал учителем – и довольно успешно, потому что дети чувствовали, что заумный преподаватель не смотрел на них свысока. Он рассказывал им о разных вещах с неподдельным восторгом. На компьютерный мир он смотрит сегодня, скорее, иронично и отстраненно. Появление в 2005 году компьютерной игры «Цивилизация IV» он прокомментировал так: «Не доверяй ни одному компьютеру, который ты не можешь выкинуть из окна». То же самое происходит и в игре: сразу после того, как изобретен компьютер, он летит из окна… Теперь Воз работает «главным ученым» на предприятии со средним доходом Fusion-io, занимающимся разработкой технологии хранения данных.

Джобс и оставшиеся работники Apple ссорились все чаще. В 1985 году его даже привлекли к суду, потому что он якобы воспользовался результатами исследования предприятия, чтобы применить их для своей новой фирмы NeXT. Обвинение в итоге не подтвердилось, но сделало свое дело. Джобс ушел из Apple, однако, в отличие от Воза, не захотел довольствоваться малым. Компания NeXT имела небольшой успех, однако спустя некоторое время появилась новая замечательная вещь: с помощью Pixar он произвел революцию в мире мультипликационного кино (например, создал фильмы «История игрушек», «В поисках Немо»). В 1996 году Джобс вернулся в Apple, где ему удалось произвести сенсацию с помощью айподов, айтюнсов, айфонов и айпадов, которые в итоге стали маркой компании. Он создал компьютерную эстетику целого поколения. Под эгидой Джобса логотип «Яблоко» стал третьим из самых известных в мире брендов, стоящим перед Microsoft и Coca-Cola.

Состояние Джобса, по оценке Forbes, насчитывало свыше $6 млрд. Однако внешне он все-таки напоминал ботаника: его отличительные черты – очки, черный свитер с высоким воротом, поношенные брюки и кроссовки New Balance. Своей худобой он был обязан тяжелому заболеванию. В 2004 году у него удалили поджелудочную железу со злокачественной опухолью, через пять лет пересадили печень. Возможно, он слишком многого от себя требовал и слишком мало давал себе отдыхать.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кланы Америки
Кланы Америки

Геополитическая оперативная аналитика Константина Черемных отличается документальной насыщенностью и глубиной. Ведущий аналитик известного в России «Избор-ского клуба» считает, что сейчас происходит самоликвидация мирового авторитета США в результате конфликта американских кланов — «групп по интересам», расползания «скреп» стратегического аппарата Америки, а также яростного сопротивления «цивилизаций-мишеней».Анализируя этот процесс, динамично разворачивающийся на пространстве от Гонконга до Украины, от Каспия до Карибского региона, автор выстраивает неутешительный прогноз: продолжая катиться по дороге, описывающей нисходящую спираль, мир, после изнурительных кампаний в Сирии, а затем в Ливии, скатится — если сильные мира сего не спохватятся — к третьей и последней мировой войне, для которой в сердце Центразии — Афганистане — готовится поле боя.

Константин Анатольевич Черемных

Публицистика
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Луис , Бернард Льюис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота

Профессор физики Дерптского университета Георг Фридрих Паррот (1767–1852) вошел в историю не только как ученый, но и как собеседник и друг императора Александра I. Их переписка – редкий пример доверительной дружбы между самодержавным правителем и его подданным, искренне заинтересованным в прогрессивных изменениях в стране. Александр I в ответ на безграничную преданность доверял Парроту важные государственные тайны – например, делился своим намерением даровать России конституцию или обсуждал участь обвиненного в измене Сперанского. Книга историка А. Андреева впервые вводит в научный оборот сохранившиеся тексты свыше 200 писем, переведенных на русский язык, с подробными комментариями и аннотированными указателями. Публикация писем предваряется большим историческим исследованием, посвященным отношениям Александра I и Паррота, а также полной загадок судьбе их переписки, которая позволяет по-новому взглянуть на историю России начала XIX века. Андрей Андреев – доктор исторических наук, профессор кафедры истории России XIX века – начала XX века исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.

Андрей Юрьевич Андреев

Публицистика / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука