— Виен... Мэй... Я не знаю как сказать... Чёрт. — устало выдохнула Юна.
— Мэй? Ну продолжай.
— Она не беременна... И не была даже. Она все то время водила Чона за нос, просто чтобы влюбить его в себя. Все было подстроено....
— Что!? — бокал ускользает о рук девушки, падая на пол, тем самым привлекая внимание всех присутствующих. В том числе и его.... — Откуда ты знаешь? — уже тише спросила.
— Ещё на нашем выпускном она прям очень сильно напилась и сама все выдала Чону. А он же не глупый парень. Всё на диктофон записал. У Мэй и Юнги был план. Все четко продумано. Даже если это план, который придумали самые лучшие агенты мира, он не сработает если пить не умеешь, а язык так норовит вырваться на ржу, попутно выбивая зубы. Ну это так чтобы точно больше ничего не ляпнуть. — молчание...опять. — Да ладно, не будем о прошлом. Лучше расскажи как у вас с Юнги?
— Юна.. — она тяжело вздохнула и продолжила. — Мне удалось убедить себя, что я его люблю... Но это далеко не так... Чувствую себя чудовищем, которое играет с чужими чувствами...
— Мдаа, весело тебе живется... — девушка устало почесала переносицу. — Не позавидуешь. Не легко тебе.
Конечно не легко. Не легко было оставить любимого человека только из-за того, что не хочешь чтобы страдал невинный ребенок.
Выдуманный мать его ребенок! Кто бы мог подумать? А Виен слепо верила той Мэй. Слишком уже хорошая игра была.
Все играют с её жизнью...
а за что?
Так как снизу было очень шумно, а у Виен уже болела голова, то она попросила у Юны чтобы та отвела её в более спокойное место. Что она и сделала, а сама направилась обратно к гостям.
«И как у неё ещё голова не взорвалась?» — думала Виен. — «Не важно. Она, наверное, просто привыкла.»
В комнате было темно, да и свет девушка включать совершенно не хотела. Темнота - признак одиночества и спокойствия. Подойдя к кровати, на которую падал свет уличного фонаря, девушка улеглась на ней поудобней и начала погружаться в царство Морфея. Вдруг неожиданно чувствует что-то тяжелое на своей талии. Кажется это рука. И... Поцелуи?
От этого она резко распахивает глава и видит перед собой Чонгука... Как не день так приключение. Он покрывает её шею нежными поцелуями, от которых так и хочется взлететь высоко в небо, и парить. Он плавно переходит к губам... Но Виен не дает ему этого сделать выставляя перед собой руки чтобы держать дистанцию.
— Чонгук, пожалуйста не надо.
Она не хочет. Но она раза в два слабее парня и ему ничего не стоит убрать руки девушки и продолжить начатое. Он прильнул в её губам. На них Виен отчетливо учуяла неприятный привкус алкоголя и сигарет.
Он пьян.
он пьян ею
Но курит почему?
«сигареты заглушают боль» — думал он.
«сигареты убиваю» — твердила она.
«нет, убиваешь ты»
Чонгук и не думает останавливаться. Он жадно целует девушку в губы. Не хочет останавливаться. Он хочет её. Сильно как никогда.
Вслип.
Ещё один.
Она плачет. И он это понял.
Чонгук быстро встал и вышел из комнаты, оставив лишь шлейф приятно пахнущих, духов.
которые как раз дурманили голову девушки
Слишком сложно. Она задумалась.. А может ли любить она вообще? Ведь те кого любит она, и те кто любит её, в конце концов стают несчастными...
«Да что за проклятье такое то, а?» — она яростно ударила кровать своими маленькими кулачками. Ей нужно выплеснуть всю боль и эмоции.
Но сил нет.
А знаете что самое смешное(нет)?
Это то, что на руках Чонгука она увидела много порезов. Это все из-за неё. Какой-то глупой, тупой девчонки. От этого становилось ещё больнее.
«Да лучше бы мы никогда не любили друг друга!» — удар об стену.
«Лучше бы оставались врагами до конца своих дней! Хотя бы так мы не мучались» — ещё удар.
«Я лишь приношу людям боль»
Она всю ночь проплакала в подушку, обдумывая важное решение.
Ох как ей надоело принимать эти решения, от которых зависит её жизнь и счастье, и как она ненавидит выбирать между двумя...
...Ничего не остается кроме того, как не быть не с кем. Одной.. Быть несчастной всю жизнь. Но дать счастье остальным.
а разве они тоже будут счастливы?
на следующий день*
После шумной ночи Юна ели отодралась от кровати. Ох как тяжело ей это далось. Первое что она хотела это — вода. За ней она и направилась на кухню. Вроде бы ничего необычного. Только вот её внимание привлек конверт, красовавшейся на холодильнике.
«Юна, прости меня за то, что опять убегаю. Меня пригласили учиться в престижный университет в США и я не могу упустить такой возможности. Но это одна из причин...Я просто не могу находиться рядом с ним... Моя голова вновь забита мыслями о Чонгуке. Опять я не могла уснуть... Но мы с ним не сможем быть вместе. Он Я не простит меня его. Мы слишком разные. На наших сердцах и так много шрамов, которые не зажили до конца. А я не хочу чтобы их становилось больше. Простите»