Читаем От репрессий к свету. Том 2 полностью

От репрессий к свету. Том 2

Книга эта уникальна. Чтобы её написать, надо было там и столько, и именно в то время прожить. Её часть занимает рассказ участника событий о своей семье, судьба которой – характерный пример для сталинизма, до войны и после неё. Особое место занимает в книге "Ленинградское дело", коснувшееся семьи автора вошедших в книгу повестей. Исключение из партии, аресты, лагеря, расстрелы, война, блокада Ленинграда, "Ленинградское дело", реабилитация невиновных, – всё это было в истории России ХХ века и отражено в вошедших в книгу документальных автобиографических повестях и цитируемых материалах.

Владимир Ильич Титомиров

Биографии и Мемуары / Документальное18+

Глава I. Введение к "Отповеди"

Суть содержания этих записок:

Правда о Сталине и сталинизме. Подведение итогов полвека спустя.

О невинных жертвах и главном виновнике невиданных массовых репрессий в России в ХХ веке.

О том, как сажали и убивали при сталинизме невиновных, кто в этом виноват и что делать.

Переосмысдение сталинизма и отповедь ему и его творцу от многих авторитетных лиц, реквием его бесчисленным жертвам.

Переосмысление заблуждений в теории и ошибок на практике большевизма и – преступлений сталинизма.

Очищение России от большевизма и сталинизма перед мировой общественностью.

Признаки начала десталинизации.

Размышления на пороге ХХ века и в начале XXI века.

Ясно одно – такое, многим известным людям, было не выдумать. Да и незачем!

А в начале XXI века Россия начала очищение страны от трагического прошлого и переход к светлому будушему. Авторские предложения содержатся в конце записок.

Репрессии в России в середине ХХ века, начавшиеся до мировой войны и закончившиеся после неё, были самой большой, самой кровавой, самой невероятной и самой несправедливой трагедией в истории всего человечества. Если бы не они, вся история была бы иной. Собранные в этой книге сведения из различных источников служат тому неопровержимым доказательством и своеобразным фундаментом для пути страны к светлому будущему.

Эпиграфы к "запискам":

«Преступления совершались против всего народа! И ущерб был нанесён всему государству, всем населяющим его людям!..

…А кто ответил за их сломанные жизни? Отсутствие «государственной оценки» преступлений сталинского режима против граждан страны (и других стран!) глубоко безнравственно. Не заплатив долги, нельзя идти вперёд.

Мне кажется, что именно те, кто стоят во главе государства и являются правопреемниками власти, должны взять на себя эту очистительную миссию, гарантирующую от рецидивов прошлого и открывающую для россиян путь в будущее.»

(И. Чайковская. «Спасшаяся от Минотавра». «Чайка», № 12, Июнь 16–30, 2009.)

[Этот эпиграф – большая находка. Его можно считать ключевым для этой книги. – Авт.]

«Наша история пронизана трагическими событиями.»

«Мы должны знать правду.»

Президент РФ Д. А. Медведев. Декабрь 2010.«Идея умерла.Седея, холодея,Всё вытоптав дотла,Скапутилась идея…Неслась – куда грозней? —И рухнула с откоса.А думалось, что ейВовек не будет сноса…»С. Ботвинник.«Времена». Санкт-Петербург. 2001.

«Правитель не должен быть злодеем и тираном.»

Томас Мор.

«Бесконечен список ваших преступлений! Бесконечен список имён ваших жертв! Нет возможности всё перечислить.»

«Рано или поздно советский народ посадит вас на скамью подсудимых, как предателя… главного вредителя, подлинного врага народа, организатора голода и судебных подлогов.»

Ф. Раскольников. Открытое письмо Сталину. 17.08.39.

[Письмо целиком приведено далее. – Авт.]

«Нет более горькой муки, как сидеть в тюрьме при строе, за который боролся.»

Из заявления Эйхе Сталину в 1939 г.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева , Лев Арнольдович Вагнер , Надежда Семеновна Григорович , Юлия Игоревна Андреева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»

«Ахтунг! Ахтунг! В небе Покрышкин!» – неслось из всех немецких станций оповещения, стоило ему подняться в воздух, и «непобедимые» эксперты Люфтваффе спешили выйти из боя. «Храбрый из храбрых, вожак, лучший советский ас», – сказано в его наградном листе. Единственный Герой Советского Союза, трижды удостоенный этой высшей награды не после, а во время войны, Александр Иванович Покрышкин был не просто легендой, а живым символом советской авиации. На его боевом счету, только по официальным (сильно заниженным) данным, 59 сбитых самолетов противника. А его девиз «Высота – скорость – маневр – огонь!» стал универсальной «формулой победы» для всех «сталинских соколов».Эта книга предоставляет уникальную возможность увидеть решающие воздушные сражения Великой Отечественной глазами самих асов, из кабин «мессеров» и «фокке-вульфов» и через прицел покрышкинской «Аэрокобры».

Евгений Д Полищук , Евгений Полищук

Биографии и Мемуары / Документальное
Актерская книга
Актерская книга

"Для чего наш брат актер пишет мемуарные книги?" — задается вопросом Михаил Козаков и отвечает себе и другим так, как он понимает и чувствует: "Если что-либо пережитое не сыграно, не поставлено, не охвачено хотя бы на страницах дневника, оно как бы и не существовало вовсе. А так как актер профессия зависимая, зависящая от пьесы, сценария, денег на фильм или спектакль, то некоторым из нас ничего не остается, как писать: кто, что и как умеет. Доиграть несыгранное, поставить ненаписанное, пропеть, прохрипеть, проорать, прошептать, продумать, переболеть, освободиться от боли". Козаков написал книгу-воспоминание, книгу-размышление, книгу-исповедь. Автор порою очень резок в своих суждениях, порою ядовито саркастичен, порою щемяще беззащитен, порою весьма спорен. Но всегда безоговорочно искренен.

Михаил Михайлович Козаков

Биографии и Мемуары / Документальное