Прикрыл глаза и сел на постель, рядом с любимой женщиной. Родила дочь, будучи с этим барменом. Чёрт, кто бы знал, как ревность все эти года меня съедала, как рвала душу на части. И только дела не давали мне сорваться и лететь в Россию. Только одна мысль грела все эти пять лет: если я избавлюсь от прошлого, если пересилю себя, то будет шанс на прощение. А если она меня простит, значит, есть надежда.
Я прикрыл Шарлотту одеялом, а сам лёг рядом, поверх него. Мне хотелось раздеть её, прижаться к ней телом, поцеловать в шею и спуститься ниже… Боже, как же я истосковался.
– Спокойной ночи, – пробормотал я и закрыл глаза.
Никто не видел, как из правого глаза мужчины скатилась большая скупая слеза.
Глава 21
«Совесть, она как пьяная женщина, то покоя не дает, то уснет внезапно.»
Пить надо меньше.… Эту прекрасную мысль необходимо запомнить, записать или распечатать на отдельном листе. Утром, после посиделок с подругой, я просыпалась медленно, с головной болью и сухостью во рту.
Я лежала на чём-то тёплом. И это что-то размеренно дышало. После анализа и перечня всех возможных инсценировок, я распахнула глаза и резко вскочила с постели, хватаясь за голову.
Услышала протяжный стон и, затаив дыхание повернула голову.
Ксавье лежал поверх одеяла полностью нагой. Полотенце лежало в его ногах…
Но меня привлекла та самая часть тела, которая по утрам обычно у мужчин «стоит». Бог мог…
Казалось, во рту стало ещё суше. Мне стало невыносимо жарко, и еле преодолела соблазн провести рукой по эрегированному члену.
Я сглотнула и оглядела себя. Одета. Это безумно радует. Я сползла с кровати и на цыпочках побежала в ванну. Включила воду и, поставив руки на раковину, посмотрела в настенное зеркало.
М-да… Круги под глазами, как у конг-фу Панды, розовые от стёртой помады губы, бледное лицо и на голове, как будто кукушка гнездо свила.
Стала оттирать водой и мылом лицо, приводя в божеский вид. Потом с помощью пальцев расчесала волосы. Сделала хвост.
Снова взглянула на себя в отражение. Лучше, но видно, что ночью я пила и причёсывалась с бодуна.
Да думаю, и перегар подтверждает это помимо внешнего вида.
Вспомнив, как вчера вела себя, залилась стыдливым румянцем.
Ну, подруга, ну удружила! Нет, а вот, где мои мозги были, когда стремя голову летела в «Плазу» и кидалась на шею Ксавье? Уж точно, не головой, а шилом в одном месте.
Резкий стук в ванную комнату заставил меня едва ли не поседеть от испуга.
– Шелли, ты в порядке?
Хриплый голос пронзил всё моё тело мелкими топающими мурашками.
– Вполне, – сдержанно ответила мужчине.
Передо мной пронеслась сцена, когда Делакруа отказался воспользоваться ситуацией. Почему-то этот момент плотно засел в голове. Может, и правда, изменился? После всего, этот «отказ» был первой вещью, в которую я поверила. Будто сердце полили сахарным сиропом и обложили вкусными сладко-кислыми ягодками.
Я выключила воду и, поправив мятую одежду, вышла из помещения. В спальне мужчины не оказалось. И я понадеялась, что уйду так его, и не повстречав. Не тут-то было.
Ксавье вырос передо мной уже одетый и преградил путь к выходу.
– Я заказал в номер завтрак, давай поговорим и поедим, – безапелляционно отчеканил он.
Мне было стыдно поднимать глаза. Боже, я вчера так себя вела! Хотелось залепить себе пощёчину. Есть за что…
– Раньше не замечала за тобой желания говорить не переставая, – пробормотала я, – Сейчас возьму телефон из сумки.
В этот момент в номер постучали, и Делакруа пошёл за подносом. Я же нашла сумочку на диване, и вытащив мобильник, ахнула: десять пропущенных от Алисы, двадцать от Артура и столько же сообщений.
Я быстро включила интернет и посмотрела в сети ли Артур. Выдохнула.
Быстро маневрируя пальцем по сенсорной клавиатуре, набрала сообщение:
Ксавье стал сервировать стол и выкладывать еду.
Телефон издал привычный сигнал, и я начала читать ответное письмо, от которого потеряла дар речи.