– А еще к празднику должен цирк приехать, вот где чудо из чудес! Уж такие артисты! Не рассказать даже, лучше сама погляди.
– Да мне, видать, так и так придется здесь задержаться, друга дождаться надо, так что увижу, скорее всего. Вообще-то, я, когда сюда ехала, не рассчитывала оставаться надолго, думала, за день-другой управлюсь, а оно вон как выходит… Скажи, у тебя работы для меня не найдется? На кухне, или еще где.
– На кухне работы всегда полно, но ты ведь можешь и лучше пристроиться, – Вэйдон многозначительно проводил взглядом одну из шустро снующих по залу девиц, чьи прелести были едва прикрыты.
– Об этом забудь. Первый, кто до меня дотронется, останется без глаза, тебя тоже касается, – ощетинилась Айнери. – И не смотри, что ногти короче, чем у здешних красоток, возьму вилку, или первое, что под руку попадет.
– Это жаль. Такие красавицы всегда в цене. Здешние, конечно, попышней, но на лицо простоваты, не то, что ты. Простой люд доволен, но тут гости и поважней бывают, перед праздником весьма щедрые, – трактирщик осекся, наткнувшись на ее недобрый взгляд, и закончил примирительно:
– Но если хочешь котелки скоблить, дело твое. Только много за такую работу не обещаю, и смотри, будешь плохо справляться – прогоню.
Так Айнери поселилась в трактире. Она убиралась на кухне, мыла полы и посуду, чистила рыбу и овощи, а после закрытия наводила порядок и в зале. Заработанных денег хватало на оплату комнаты и еду. Сверх этого оставалось совсем немного, собственные сбережения тоже подходили к концу, и она трудилась добросовестно, не желая потерять хотя бы этот заработок. В зал она старалась не соваться: еще и впрямь приглянется кому, отбивайся потом, но иногда тайком наблюдала в надежде увидеть Винде среди посетителей. Однако тот не появлялся. Каждый вечер она находила время добежать до дома Форвина – не вернулся ли тот, но и здесь ее ждала неудача.
Девушка решила остаться в городе до праздника, и если к тому времени ни брат, ни старый маг не объявятся, сперва поехать в Виарен, рассказать Смалю, что с ней все в порядке, а затем вернуться к Этайну и его зеркалу.
В трапезной было шумно и многолюдно, на сидящую у дальней стены Эльдалин внимания не обращали. За время жизни во дворце она почти не появлялась перед народом; политикой занимались отец с братом, потому и речи перед толпой произносили они. Однако и это случалось не слишком часто, лишь в самых торжественных случаях, в основном же воля короля передавалась через глашатаев. Так что ничего удивительного, что на всем пути до столицы ее никто не признал. К тому же ее дорожная одежда, хоть и вполне приличная, для принцессы не годилась. Теперь же стоило быть осторожней: так близко к дворцу можно и знакомых встретить, и совсем не обязательно те окажутся друзьями.
Когда девушка попросила принести ей королевский салат и большую порцию мяса, брови
В ожидании заказа Эльдалин слушала разговоры окружающих, стараясь при этом не смотреть в их сторону. Во всех предыдущих
Служанка поставила перед ней заказ и бесшумно исчезла. Высыпав на ладонь последнюю горсть монет, Эльдалин тщательно все пересчитала. Убегая из дворца, еще не решив точно, куда податься, она прихватила кошель с монетами. В Арденне
– Позвольте угостить вас,
Девушка вздрогнула от неожиданности. Перед ней стоял молодой роскошно одетый
– Я из клана Циркона, и я… – продолжил он, но дальше принцесса не расслышала, потому что от одного из соседних столов раздалось: – Предлагаю выпить за короля! – и единственный голос в ответ: – Поддерживаю.
– Спасибо, сын клана Циркона, –
Это прозвучало грубее, чем она рассчитывала, и девушка попыталась смягчить впечатление: