Таким образом, состояние жизни людей, определяемое термином «мир во всем мире», наряду с тем, что является результатом суммарных усилий прошедших веков, может возникнуть быстро, почти так же, как внезапно появляется кристалл в растворе, который медленно готовили. Но точно так же, как никакое следствие не может предшествовать причине, так и это состояние ни в коем случае не может быть вызвано каким-либо пактом между нациями, каким бы он ни был торжественным. Перед тем как формулируется закон, проводятся опыты, и они соотносятся как причина и следствие. До тех пор, пока мы ясно сознаем ожидание, что мир - результат такого парламентского решения, у нас будет неопровержимое доказательство, что мы не готовы к миру. Мир будет обеспечен, только когда мы почувствуем, что такие международные встречи - это просто формальные процедуры, не являющиеся необходимыми, кроме как настолько, чтобы служить определенному изъявлению общего желания.
Судя по текущим событиям, мы пока еще должны быть очень далеко от этой блаженной цели. Надо признать, что мы быстро движемся к ней. Многочисленные признаки этого прогресса есть везде.
Расовая неприязнь и предубеждения решительно ослабевают. В этом отношении показателен недавний законодательный акт президента Соединенных Штатов. Мы начинаем мыслить в космическом масштабе. Сочувствующие нам скрылись в тумане?
Микробы мировой скорби нас миновали. Однако к настоящему времени мировая гармония достигнута в единственной сфере международных отношений.
Это почтовая связь. Ее механизм работает удовлетворительно, но - как далеки мы все еще от добросовестного соблюдения неприкосновенности мешков с почтой! И насколько дальше отстоит следующая веха на дороге к миру - международная судебная система, такая же надежная, как почтовая!
Предстоящую встречу в Гааге, в данный момент отложенную на неопределенный срок, можно рассматривать только как временное средство достижения цели. Поскольку об общем разоружении в настоящий момент не может быть никакой речи, можно рекомендовать пропорциональное сокращение вооружений. Поскольку безопасность каждой страны и мировой торговли зависит не от абсолютного, а от относительного числа военной техники, очевидно, что это будет первым разумным шагом движения по пути мировой экономики и мира. Но установление справедливой базы регулирования было бы безнадежной задачей. Население, сила флота, мощь армии, коммерческая важность, водные или другие ресурсы, имеющиеся или потенциальные, - одинаково неудовлетворительные критерии оценки.
Учитывая это затруднение, несколько сильных стран, чтобы страхом принудить всех более слабых к миру, могут принять меру, предложенную Карнеги.
Но если на некоторое время такой курс может показаться приемлемым, положительный эффект этого гомеопатического лечения военной болезни вряд ли будет продолжительным. Прежде всего коалиция ведущих сил несомненно породит организованную оппозицию, что может выразиться в бедствии тем более огромном, чем на более длительный срок оно будет отложено. И подавно надо принимать во внимание окончательную ссору благородных, диктующих мир стран, такое же безошибочное, как закон гравитации, поскольку оно будет исключительно деморализующим. К тому же это никоим образом не достаточный авторитет.