— Я знаю, что ты слышала, — тыльной стороной руки он коснулся моей щеки.
Инстинктивно я прислонилась к нему. — И до вчерашнего дня мое решение уехать было
окончательным. А затем я увидел тебя ...
Страдальческий взгляд сменил волнение.
— И ты попрощался.
Я опустила руки ему на грудь, чувствуя, как сердце под ними ходит ходуном.
— Я думал, это правильное решение. Каждый раз, когда я представлял, что увижу
тебя, мое сердце наполнялось ожиданием. И каждый раз, когда мы встречались, все, что
получал в ответ — холодное безразличие.
— Ты вряд ли мог винить в этом меня, — протестовала я.
— Знаю. Я не виню никого, кроме себя, — Леви усмехнулся своим собственным
словам. — Тот первый раз, когда я увидел тебя после Парижа, я увидел перемену в тебе.
Мне стало ясно, что ты двинулась дальше. Я был тебе не нужен. Ты не хотела меня. И я
хотел убраться подальше. Я хотел отдалиться от тебя, потому что чувствовал, что у меня
не было шанса быть с тобой.
— Со мной? — мой голос дрогнул.
— С тобой. Целовать тебя, — он прижал свои губы к моим. — Прикасаться к тебе.
— Его руки пробежались по моим, вызывая жар по всему телу, вплоть до кончиков
пальцев. — Любить тебя.
Мое сердце увеличилось в объёме от этих последних слов.
Леви сжал мое лицо, заставляя меня поднять глаза. Я видела не только
интенсивность, я видела горячую страсть, чистое желание и неограниченную честность.
—Я люблю тебя, Вероника. С тех пор, как впервые увидел.
Он улыбнулся у моих губ.
— Ты не можешь, Леви.
— Могу. Люблю и буду. Вероника, я имел в виду каждое слово, сказанное мной в
Париже о том, что хочу, чтоб ты любила меня. Я не могу притворяться, что знаю, как ты
относишься ко мне, но знай, то, что я чувствую сейчас, это то, что я чувствовал в течение
очень долгого времени.
—Я ... — ноги ослабли от его заявления. — Я должна сесть. — Все вокруг меня
ощущалось реальным: его прикосновения, запах роз, отдаленный звук музыки. Но
слышать эти слова от него, это было за гранью моего воображения.
Он помог мне опуститься на скамейку, и вместо того, чтобы сесть рядом, Леви
опустился передо мной на колени, глядя на меня.
Он коснулся моих губ большим пальцем, поцеловал их и коснулся снова. Словно
не мог насытиться мной. И я чувствовала то же самое.
— Ты не уезжаешь.
— Не уезжаю.
— И ты любишь меня?
— Люблю, Вероника, люблю.
Леви закрыл глаза и коснулся моих губ.
— Ты хочешь быть со мной?
— Больше всего на свете. Если ты примешь меня, — Леви открыл глаза, мы
смотрели друг на друга. Его руки держали мои. — Жизнь со мной не будет лёгкой. Я не
могу обещать, что она всегда будет гладкой и совершенной, но если ты мне позволишь, я
буду любить тебя больше, чем любил когда-то. — В уголках его глаз появились
морщинки от улыбки. — Я далек от совершенства, но с тобой чувствую себя целым.
Все это время я задавалась вопросом, что он думал, что он чувствовал. А он
открылся и предложил себя мне. Это был сон?
Я подняла руку к его лицу и почувствовала мягкую щетину на его челюсти. Он был
настоящим. Он был там со мной. И он любил меня.
Мое сердце было таким полным. Я затрепетала от восторга. Мягко рассмеялась.
Как можно было ответить на такое честное и неожиданное признание в любви?
Я пристально посмотрела на него и кивнула, боясь, что моих слов будет не
достаточно.
— Это да?
— Да. — Я наклонилась вперёд и поцеловала его со всеми нахлынувшими на меня
эмоциями. — Это да.
— Я люблю тебя, Вероника, — прошептал он напротив моих губ.
Леви выпрямился и протянул руку, вытащив из арки бутон розы. Сев на скамейку,
он засунул его мне за ухо. Приподнял меня за талию и притянул к себе на колени. Мои
руки обернулись вокруг него, когда он продолжал пожирать меня своими губами. Его
руки блуждали по всему телу. Он обнял меня и прижал к себе.
Я бы навсегда могла остаться в его руках.
— Ты дрожишь, — сказал он, проходясь губами от моего плеча, по ключице и до
шеи.
Я дрожала, но не от холода. Несмотря на это, он откинулся назад, снял пиджак и
накрыл меня им. Моя голова закружилась, когда запах и тепло его тела окутали меня. Я
положила подбородок ему на плечо, пока он продолжал целовать меня, прикусывая мою
чувствительную кожу и пробуя меня.
В этот момент говорить больше было не о чем. Было достаточно того, что мы
наслаждались друг другом.
~о0о~
Рука Леви прошлась по моей спине, легонько потирая платье, когда я
почувствовала вибрацию в кармане его пиджака.
Моя голова лежала на нем, когда я заговорила:
— Думаю, твой телефон вибрирует.
Он промурлыкал, и этот звук отдался глубоко во мне.
— Не уверен, что это важно. Я здесь с тобой и это все, что имеет значение.
Я улыбнулась его словам. Пусть будет так.
— Расскажи мне... когда ты начал носить очки?
— Когда мне было восемь.
— Ты всегда их носишь?
В ответ Леви уклончиво хмыкнул.
— Только когда читаю. Мне они не нравятся.
— Почему? Потому что они делают тебя похожим на сексуального библиотекаря?
— поддразнила я
Он усмехнулся.