«Проводы» справили по всем канонам с изрядным количеством спиртного. Выпил я в этот вечер перед поездкой в военкомат по моим подсчётам не менее бутылки водки. Но благодаря психологическому состоянию водка не действовала. Рано утром родственники доставили меня в город Котово к крыльцу военкомата. Перед расставанием мама плакала и завещала слушаться и выполнять приказы руководства. Отец сказал, что сам бы с удовольствием поехал служить в элитную дивизию в Московской области. Мы сели в автобус и направились в перевалочный пункт в г. Ржинск. Я помню стук кулаками провожающих людей о стёкла и кузов автобуса, который отвозит нас в неизведанное пространство (даже если хотите некий портал). Этот стук сложно забыть. В нём выражалось некое отчаяние людей и их протест против того, чтобы забирали их близких людей, точнее даже детей неизвестно куда и неизвестно зачем. При том, что ничего хорошего об армии на тот момент никто не говорил. Суть происходящего в тот момент времени состоит в том, что человека, юнца, практически никогда не выезжавшего за пределы той «глубинки» в которой он находился, нужно оторвать от маминой юбки, рядом с которой он находится постоянно и связан с ней как с пуповиной и бросить на произвол матушки судьбы…, поставить перед лицом порой необратимых последствий, может быть даже поставить жирную точку на его жизни.
Наконец-то мы добрались до места назначения. Прекрасно помню то злополучное утро. Поскольку я «сова», то не люблю в жизни утро по определению. Ещё я не люблю холод и зиму. А зимнее утро, я не люблю вдвойне…Нас, новобранцев в эту холоднее раннее утро на каком-то плацу окружило некое подобие грязных бомжей, которые «клянчили» у нас еду и деньги. А также морально «приободрили» нас словами: «Духи, вешайтесь!» Это были уже опытные солдаты. Мы же думали о том, куда же нас, черт-возьми, занесло. На плацу были и те, кто отбирал из нас людей в специальные военные подразделения, предлагая молодым бойцам соединить зубами два провода, лежащих на плацу якобы под напряжением…. Затем вовремя звучала команда: «Отставить». Тех, кто готов был это сделать, брали в спецвойска.