Мы высадились на берегу довольно широкой, но неглубокой реки, насколько мне хватало обзора, мелководье тянулось достаточно далеко, и вполне возможно, в этом месте реку вообще можно перейти вброд. Другой берег просматривался плохо и, как мне издалека казалось, был заболочен. С нашей стороны расстилался негустой, но по-осеннему красивый березняк.
– Ну, что дрожишь, проводничок? Никак замерз, или от страха? – усмехнулся Клещ, лениво прислонившись к дереву напротив и закуривая.
– Да нет, просто до дрожи не люблю, когда женщины опаздывают. Вот и твоя хозяйка что-то не спешит нас радовать своим присутствием.
– А ты никак соскучился?
– Мне кажется, из нас двоих больше скучаешь ты, раз пристаешь с дурацкими вопросами. Вот лучше мне ответь, мы здесь по делу или из любви к природе?
– Твое счастье, Пермиков, – оскалился здоровяк, изменившись в лице, – что босс просила до ее приезда сохранить тебя в целости, хотя уж больно хочется заткнуть тебе пасть.
– Ну, так давай, подонок, что тянуть-то? Я вижу, твои руки так и чешутся! А госпоже, когда приедет, скажем, что я неудачно выпал из грузовика.
– Ты точно мазохист, придурок, – сплюнул Клещ, в задумчивости глядя на меня. Но в его лице я увидел загорающийся азарт.
– А ты урод, каких свет не видывал, и что?
– Я не понял, ты на перелом сейчас напрашиваешься? – рыкнул он, щелчком отбрасывая окурок.
– Нет, на честный спарринг. Ты и я, в равных условиях, – стиснув зубы, чтобы они не стучали, я прямо посмотрел ему в глаза.
– И все-таки ты псих! – покачал головой Клещ.
Тем не менее, я видел, как сильно в нем желание дать волю своим кулакам, и вовсю старался его подогреть. Спросите, зачем мне это было нужно? Ответ прост: во-первых, выместить злость. Я ненавидел эту скотину всей душой, и если уж сегодня все должно закончиться, то хотя бы раз я обязан врезать ему как следует. Вторая причина еще более проста: в моем нынешнем положении в драке я видел единственный способ согреться. Даже если Клещ забьет меня до смерти, это все равно казалось мне лучшей перспективой, чем превратиться в ледышку, сидя под березой. И в третьих, пусть это и прозвучит по-детски наивно, но Поля так старалась научить меня боевым приемам, что я просто обязан был проверить их на практике.
– Ну, так что, насекомое? – усмехнулся я, расхрабрившись. – Решайся, ты же ничего не теряешь. А если я выиграю, твои бойцы выдадут мне ботинки и теплую куртку. Эй, парни, что скажете? Хотите бесплатный спектакль, пока хозяйка не приехала? – крикнул я им, желая привлечь внимание, и мне это удалось.
Вокруг нас потихоньку стали собираться зрители. Клещ, буравя меня взглядом, глухо зарычал. Чувствуя, что нужный мне эффект уже достигнут, я приподнял связанные руки и вытянул их вперед.
– В равных условиях, здоровяк. Освободишь, или кишка тонка?