Дар речи пропал, крик, рвавшийся наружу, застрял в горле, мурашки ужаса толпами забегали по телу, натыкаясь друг на друга и топоча, как взбесившиеся слоны. Было из-за чего! В шаге от меня висело полупрозрачное нечто, очертания которого очень походили на человеческую женщину. Точнее, бабушку. Ухоженную такую, с высокой замысловатой прической, сложенной из седых густых волос, молодящуюся, но все же бабушку. И платьишко на ней было аккурат такое, каким могли быть те истлевшие лоскутки, что прикрывали косточки, на каменном постаменте расположившиеся. Я глядела на нее, она — на меня. И тишина-а-а-а, и мертвые с косами… Нет, косы у этой особы, на мое счастье, не было.
— Бу! — бросила полупрозрачная старушка и качнулась в мою сторону.
Я рванула с места, схватив единственное, что тут можно было схватить и использовать для защиты, да и выставила вперед.
— Не подходи! Не подлетай! Кыш отсюда! — выпалила нервно, ощущая, как начинает дергаться глаз.
Я готова была защищаться даже выставленной вперед костью руки, которую схватила с постамента. А та еще запястьем так задорно помахивала, будто не бить собиралась призрака окаянного, а здороваться. Как назло! Почему не отвалились эти мелкие косточки-то, что прежде скрывались в ладони и пальчиках?
— Руку мою на место положи, паршивка! — беззлобно, но возмущенно ответила на это бабулька. — И сама кыш из моей усыпальницы! Ишь ты! Заявилась тут, и моей же пятерней в меня тычет!
И поплыла ко мне. Я глаза зажмурила, кость предплечья усопшей двумя руками к своей груди, как самое дорогое, притискивая.
«Все! — думаю. — Приплыли!»
— Призраков не бывает… Призраков не бывает… — как мантру повторяла я, надеясь, что это просто галлюцинация какая-то, и старушка развеется, как дым над костерком. — Чур меня, чур!
Глаза открыла и…
— Бу! — повторила бабулька, которая даже не думала никуда деться, и рассмеялась.
А я ее ка-а-ак огрела костью ее же руки! Букает она мне тут, насмехается! Это в ее-то возрасте! Еще и после смерти! Постыдилась бы!
Старушенция в облако дыма обратилась, но через секунду снова обрисовалась, как была.
— Как грубо! — фыркнула она. — Ну не бывает призраков, не бывает… Драться-то зачем?
— А вы тогда кто? — настороженно спросила я в ответ.
— А я воплощение усопшей души, — гордо сообщила бабуля. — Вернулась в мир живых по делам.
— По каким таким делам? — недоумевала я, стараясь заговорить этому видению зубы, и медленно, но верно продвигаясь назад к проходу, по которому сюда попала.
Подумалось мне, что тот мужик может оказаться не так и плох. Пусть жрет, шиш с ним, потому что даже когда сожрали, есть два выхода — это я знаю! А что делать с призраками, понятия не имею.
— По женским. Скучно стало, захотелось снова градалетских песен послушать! — выдала бабка. И тон у нее такой был, будто бы она между слов вставила: «Не твое дело!»
— Каких песен? — поинтересовалась я, понимая, что до прохода шагов пять осталось, чуть-чуть совсем.
— Градалетских… Постой, ты не местная, что ли? — прищурилась старушка.
— Не местная, — честно призналась я.
— Иномирянка? За женихом? На отбор? — призрачная двинулась в мою сторону. Вот же блин, что ей на месте-то не стоится?
— А вы откуда знаете? — не совсем уверенная в ее правоте и цели своего тут пребывания, поинтересовалась я. И еще шажок сделала украдкой.
— Если я умерла, это не значит, что я не слежу за светскими новостями! — задирая нос и складывая призрачные руки на груди, заявила эта особа. — По всему Аруму отборы объявлены. Королева изъявила желание князей женить! А ты, стало быть, по руку и сердце моего внучка прибыла?
И так пристально, оценивающе, оглядела меня с ног до головы. Я аж смутилась, пальцами в грязных носках пошевелила, не зная, куда себя деть.
— Может и сойдешь, — кривенько ухмыляясь, сказала усопшая. — Помогу, так и быть, уговорила!
— Да я и не уго…
— Руку мою на место положи! Колечко только сними с пальца, пока оно не свалилось и не потерялось, — потребовала она. И совсем близко ко мне подплыла. Смотрю, а у нее зрачки-то тоже вертикальные. — Да не бойся. Я правда тебе помогу. Ты вот чего хочешь?
— Домой, — честно призналась я.
— Как домой? К себе домой? Назад? В мир свой?
Я кивнула.
— А замуж? — неверящим тоном спросила старушка.
— Замуж тоже не против, но лучше там, у себя, дома, — укладывая руку, где была, и снимая малюсенькое, тоненькое золотое колечко с крошечным светлым камушком, ответила я.
— Ну домой, так домой, помогу и с этим. Так даже лучше. Негоже дракону на человечке жениться! — сказала старушка. — Только тебе придется побыть тут пока, на отборе. И меня с собой прихватишь. Мне из склепа выбраться надо, а я к кольцу привязана. Дальше, чем на пятьсот метров, не могу отойти. Значит так, все просто: надеваешь кольцо, отправляешься на отбор, участвуешь, пока суть да дело, я там свои дела порешаю. За это расскажу тебе, человечка, как обратно в свой мир перенестись.
Теперь уже я оценивающе посмотрела на эту усопшую особу, стараясь понять: а не заключу ли я сделку с дьяволом, согласившись на эти условия?
— Рассказ вперед! — решила поторговаться я.