— Сережа, что ты такое говоришь? — ужаснулся Валентин.
Сергей с гримасой невыносимого отвращения покачал головой и кисло усмехнулся:
— В наше время так легко спрятаться от правосудия! Стоит только иметь крышу над головой на достаточном удалении от того места, где набедокурил, и неболтливых богатых родственников. Тебе повезло, братишка, у тебя все это есть. И если тебе твоя больная гордость мешает этим всем воспользоваться, то ты дурак, каких свет не видывал! — Сергей перевел дыхание. — Если тебе доставляет удовольствие вставать в позу из принципа, подумай о нас с мамой!
— Я подумал, Сережа! У вас все было и будет в порядке. Мама не нарадуется на твои успехи, а ты хорошо сумеешь успокоить ее так, что она не будет сильно волноваться за меня… Ты просто процветаешь на ниве свободного бизнеса. Скоро, наверняка, женишься на этой молчаливой принцессе… И я буду за вас спокоен. Так позволь мне поступить так, как мне хочется.
— Хочется? — почти по слогам переспросил Сергей.
— Да, — уверенно сказал Валентин. — С ними вместе я многое смогу пережить, многое забыть, со многим смириться. Это уже на физиологическом уровне, мне трудно объяснить тебе…
— Да пошел ты со своими объяснениями… — фыркнул Сергей и отвернулся.
Зашевелился и поднялся с веток Кшан. Взъерошенный, бледный, с недобро горящими глазами. Он со стоном встал на ноги и прошел к воде. Умывшись, Кшан вернулся и, сев рядом с людьми, прислонился к плечу Валентина. Валя со вздохом обнял его за шею и взглянул на Сергея. Тот понимающе поджал губы, чуть кивнул и откинулся на ветки рядом с Лидой.
— Как ты, Кшан? Поспал? — заботливо спросил Валентин.
— Я лежал, но легче не стало, — возразил Кшан. — И не станет. Мне так больно, Валя, что кажется: я и сам умираю…
— Больно? Рана беспокоит? Ну, сейчас Шеп поднимется и поможет тебе…
— При чем тут рана? — равнодушно усмехнулся Кшан. — Больно может быть и без всяких ран.
Кшан помолчал, посмотрел на реку и задумчиво протянул:
— Ты посмотри-ка, Валя… Как поднялась вода!..
— В это время не бывает паводков, — недоверчиво отозвался Валя, но взглянув на Нерш, он тоже отметил, что уровень реки немного, но заметно поднялся. — Странно, но ты прав, Кшан.
— Ничего странного… Нерш вчера и сегодня ночью принял столько жизней, что дух великой реки должен был просто захлебнуться! Зачем ему столько, зачем?! — прошептал Кшан, обхватил Валентина и неожиданно громко заплакал.
Он не обращал никакого внимания на то, что от его плача сразу же проснулись Мирошка и Лида, что Шеп оторвал голову от веток. В слезах Кшан выкрикивал ужасные проклятья, поминал имена погибших, жалобно звал Цьева и снова проклинал убийц. Обеспокоенный Шеп занялся другом, и только через несколько минут ему удалось успокоить Кшана.
— Раз все проснулись, — возвестил Хранитель. — Скоро двинемся дальше. Нет смысла рассиживаться…
Видимо, он готов был отправиться в путь хоть сейчас, но его малышка снова проснулась, и Шеп присел покормить ее.
— Шеп, а долго ли она протянет на крови? — обеспокоенно спросил Сергей, глядя, как младенец жадно сосет мизинец лешака. — Вы ж хоть и не люди, а все ж млекопитающие, да и не вампиры. Ей же молоко нужно.
— Нужно, я не спорю. Но кровь все же лучше, чем ничего, — вздохнул Шеп. — Не переживайте за нее, у нее есть отец, а это уже немало для того, чтобы выжить… Надо будет просто выйти к какой-нибудь деревне и стащить с луга молочную козу. И Юша будет всегда накормлена… Это я устрою.
Шеп замолчал и тоскливо взглянул на реку. Покачав головой, он грустно прошептал:
— Меня другое беспокоит: получим ли мы когда-нибудь прощение Нерша? Пока единственный выход для нас — отыскать племена, живущие в заповеднике…
— Если там кто-нибудь живет, — заметил Сергей.
— А почему нет? — тревожно поинтересовался Кшан.
— Ну вы же сами не встречали никого, кто был бы родом оттуда!
— Верно, — подтвердил Шеп. — Ну и что ж тут удивительного?
— То, что вы жили так близко от них, переживали столько трагедий, а они даже ни разу не вышли из глухого леса и не попытались связаться с вами… — задумчиво сказал Сергей.
— Мы тоже не стремились к ним, — сухо ответил Шеп. — А они не хотели выходить сюда. Это их право. Вдруг у них были на это причины? Скоро мы выясним это. До границ заповедника уже совсем близко…
Несмотря на то, что Шеп говорил достаточно уверенно, Валентин вдруг понял, что в словах Сергея достаточно здравого смысла, чтобы хорошенько задуматься. Стоило ли так уж полагаться на неизвестные лешачьи племена? А вдруг они всего лишь сказка? Вот тот городской лешак из усадьбы Пряжкина, так своеобразно понимающий долг, вот он был реальностью. Валентин пока помалкивал о своей встерече, потому что известие о ней не принесло бы никому ни облегчения, ни какой другой пользы. Потом, попозже, Шепу, конечно, будет нелишним узнать о том, что они все-таки не одни в этом мире…
Сергей в ответ на нелогичные возражения Шепа только всплеснул руками:
— Ну ладно, вы пойдете в заповедник и, может быть, там не пропадете. А мне как быть?