— Ещё он попросил передать, что если я не смогу вас разбудить или если вы откажетесь выходить, он сам сюда поднимется и заберет вас. Сказал, что пока вы не поговорите, он не уйдет.
Будь ты проклят, Исаев!
— Хорошо, я выйду, передай ему, что выйду через черный вход, отец сто процентов на главном камеры проверит.
Дарина уходит, а я со смешенными чувствами плетусь за халатом. Быстро прошмыгиваю к концу дома и выхожу на свежий воздух.
— Что тебе нужно? — ровно произношу я, совершенно не смущаясь своего внешнего вида: просторные пижамные штаны, майка на бретельках и халат.
— Ты замерзнешь, поэтому сядь, пожалуйста, в машину, — спокойно, но подавленно, говорит он и, обойдя его, я сажусь в машину, не потому что этого хочет он, а потому что можем спалиться.
— Повторяю ещё раз, что тебе нужно?
— Поговорить, — вздыхает Ян, прожигая меня взглядом, пока я смотрела лишь вперед, по-другому, в пустоту.
— Я не хочу с тобой разговаривать, НО… я подпустила тебя уж слишком близко к себе, поэтому я лишь выслушаю тебя, а уже потом что-нибудь скажу, либо уйду, но в этот раз навсегда.
— Ян… послушай… это все в прошлом. Я не знаю, что точно сказал тебе отец, но никто не знает полной правды.
— Он мне ничего не рассказывал, мне хватило лишь того, что я видела.
— Что ты видела? — по его голосу я уже чувствовала, как все мышцы на его теле напряглись, да и в машине просто стало не хватать кислорода.
— Наркотики. Алкоголь. Сигареты. Разврат. Веселье. Игры. Тебя настоящего…
— Все не так, как кажется…
— А как, Ян!? Прошу, объясни мне тогда, как все было!? — мой голос сорвался на полу-крик и я смотрела ему прямо в глаза.
— Да, черт возьми, я был таким! Был той самой сволочью, которая любила играть всем на свете! Да, я совершенно ни о ком не думал! Но я и не был виноватым… все вина была на Арине…. Она играла со мной, манипулировала, гипнотизировала, шантажировала и именно по этой причине я взялся за учебу и пошел учиться на психолога, чтобы разобраться, как она это делала. Арина — вот человек, который является виновником моего прошлого!
— Серьезно!? — истерический смех подкатывал к горлу, — Ты обвиняешь её в своем дерьме!? Ты перекладываешь всю ответственность на человека, которого бросил в самый ужасный момент! Винишь девушку в том, что она испортила тебе жизнь, когда ты сам оставил её одну помирать от передозировки! Ты прикалываешься сейчас на до мной!?… Я не хочу сидеть и слушать твои оправдания, — твердо говорю я и уже собираюсь выйти из машины, как Ян вовремя блокирует двери.
— Мы не договорили, — я резко поворачиваюсь к нему, когда в его голосе слышу нотки злости. Он что, ещё и злится на меня!?
— Я была готова спустя какое-то время простить тебя, если бы ты был честен со мной, но ты врешь, ищешь оправдания, винишь другого.
— Меня в тот момент не было. Мы поссорились. Она ушла в клуб со своим якобы лучшим другом, с которым по итогу потом переспала и это он бросил её в переулке, когда понял, что переборщил с дозой.
— Ты достаточно соврал мне, поэтому я не верю ни единому твоему слову.
— То есть, ты будешь верить своему отцу, чем мне? — с раздражением и злостью фыркнул он.
— А что ты за все это время сделал, чтобы заслужить мое доверие? — он запинается, а я продолжаю, — Слов недостаточно, Ян. Я не могу различать, когда ты вешаешь мне лапшу на уши, а когда говоришь правду, поэтому во всей этой ситуации виноват ты. Ты виноват в том, что я верю отцу. Ты виноват в своем прошлом. А я уже просто не хочу участвовать в этом дерьме, поэтому сначала разберись со всем в своей голове.
— Ты не можешь уйти…
— Я больше не намерена тут оставаться, поэтому открой дверь, иначе я выбью стекло и начну кричать.
Ян открывает дверь и я, не дожидаюсь слов прощаний, быстро выхожу из машины и иду домой, пока слезы кататься со щек.
Глава 20
— С тобой все хорошо? — спрашивает Саша, пока мы едем от её дома на машине Джонатана.
— Да, все нормально, — с трудом произношу я.
— От Исаева все так же нет никаких вестей?
— Нет, — это последнее что я говорю подруге, перед тем как отвернуться и, надев наушники, уйти в себя.
Прошло три дня. Три чертовых и самых длинных дня в моей жизни, потому что от Яна нет никаких вестей, от слова совсем. В университете он не появляется. Не пишет, хоть я и разблокировала его. Не звонит. Ни-че-го.
Мне было бы наплевать на его отсутствие, если бы не довольное лицо моего отца, который следит за каждой моей эмоцией, за каждым моим состоянием, интересом, и, в конце концов, моими чувствами. Страх и переживания каждый раз берут вверх надо мной, стоит только подумать, что мой отец может быть замешан в его пропаже.
— Мы приехали, Ян, — выдавливая улыбку, открывает передо мной дверь, Саша.
Аккуратно выхожу из машины и делаю уже привычные мне действия — глазами бегаю по парковке, в поисках машины Яна, но получаю уже знакомый мне ответ — черной машины Исаева на территории университета не наблюдается.
— Привет, — неожиданно позади нас раздается голос Дениса, пока мы бродим по коридорам университета.