Читаем Палеонтология антрополога. Книга 2. Мезозой полностью

Nyasasaurus parringtoni из анизийского века Танзании, возможно, был древнейшим динозавром, но его остатки крайне фрагментарны — плечевая кость и несколько позвонков. В принципе, он мог быть и одним из бесчисленных продвинутых текодонтов. Больше — почти целый скелет — осталось от Buriolestes schultzi из карнийского века Бразилии. С виду это образцовый динозавр-динозавр: метровый двуногий ящер с маленькими передними лапками, умеренно длинной шеей, длинным хвостом, небольшой головой с вытянутой мордой и острыми зазубренными зубами. Примечательно, что таз буриолестеса промежуточен между ящеро- и птицетазовыми динозаврами: лобковая кость тонкая, направлена и не вперёд, и не назад, а вниз. Несмотря на явную внешнюю «тероподность», исследователи отнесли буриолестеса к зауроподоморфам — некоторая загнутость конца верхней челюсти и строение плечевой кости перевесили всё прочее, ведь эти черты ключевые и первоисходные для всех зауроподоморф. Массы других типичных зауроподных признаков нет, так что в таком определении есть немалая толика эпатажа: «Наш динозавр совсем не похож на зауроподоморфов, давайте-ка отнесём его к ним на основании пары признаков, игнорируя все остальные, то-то потрясём основы». С другой стороны, великому предку и полагается иметь мозаичное строение и не иметь многих продвинутых черт.

Из тех же отложений Бразилии происходит фрагментарный скелет Staurikosaurus pricei. Ставрикозавр вырастал до 2,25 м, он был однозначно двуногим и хищным; крайне примитивная черта — всего два крестцовых позвонка. Иногда примитивнейших динозавров, родственных ставрикозавру, объединяют в самостоятельную группу Staurikosauria, базовую для всех динозавров, иногда же, благодаря сходству с герреразавром — в Herrerasauridae; впрочем, смысл от изменения названия не меняется.

Гораздо более полные и многочисленные остатки найдены в Аргентине в отложениях формации Ишигуаласто в Лунной долине, относящихся к карнийскому ярусу.

Древнейшие и примитивнейшие аргентинские динозавры — Herrerasaurus ischigualastensis и Eoraptor lunensis. Это образцовые ранние тероподы — хищные, двуногие, зубастые.

Маленькая тонкость

Лунная долина в Аргентине — безжизненное, но очень красивое место. Из разрушающихся полосатых серо-коричневых обрывов понемногу высыпаются ископаемые кости. Больше всего палеонтологов привлекают слои формации Ишигуаласто самого конца триасовой системы. Именно в них попадаются кости самых древних динозавров.

Герреразавр примитивнее, что, впрочем, не мешало ему быть большим — до 6 м длиной. Архаика проявляется в строении кисти (пять пальцев, из которых три первых — крупные, а два последних — лишились когтей), позвоночника (всего два крестцовых позвонка), таза (лобковая кость, опять же, направлена вниз), стопы (пять пальцев, из которых три средних увеличены; на пятом нет когтя). Есть и специфические черты, например, внутричелюстной сустав, дающий нижней челюсти возможность расширяться, а также дополнительное маленькое черепное окно между ноздрёй и предглазничным окном.


Eoraptor lunensis


От эораптора сохранился почти целый скелет. Это был маленький ящер — всего 1 м длиной, причём половину составлял хвост. Явно примитивная черта — пятипалость кисти, продвинутая — четырёхпалость стопы и три крестцовых позвонка. Часть зубов эораптора — треугольные острые зазубренные, а часть — листовидные зазубренные, отчего его даже относили к зауроподоморфам. Впрочем, подавляющее большинство палеонтологов считает его тероподом.

Перейти на страницу:

Все книги серии Палеонтология антрополога

Палеонтология антрополога. Как мы становились людьми и кто приложил к этому лапу? Иллюстрированный путеводитель в зверинец прошлого
Палеонтология антрополога. Как мы становились людьми и кто приложил к этому лапу? Иллюстрированный путеводитель в зверинец прошлого

Издание продолжает серию книг «Палеонтология антрополога» кандидата биологических наук, научного редактора портала «АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ» и популяризатора науки Станислава Дробышевского. В новой книге автор подводит читателя к самому интересному моменту – появлению человека. Однако до этого нашим предкам нужно было еще дожить: быть всегда начеку, выживая и устраняя конкурентов. Как складывалась судьба наших предков? Кто были главные их конкуренты? А что происходило в этот период с климатом? Какое влияние он на них оказывал? И что может быть общего между свиньями, кошками, гиенами… и людьми?В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Станислав Владимирович Дробышевский

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги

Эволюция: Триумф идеи
Эволюция: Триумф идеи

Один из лучших научных журналистов нашего времени со свойственными ему основательностью, доходчивостью и неизменным СЋРјРѕСЂРѕРј дает полный РѕР±Р·ор теории эволюции Чарльза Дарвина в свете сегодняшних представлений. Что стояло за идеями великого человека, мучительно прокладывавшего путь новых знаний в консервативном обществе? Почему по сей день не прекращаются СЃРїРѕСЂС‹ о происхождении жизни и человека на Земле? Как биологи-эволюционисты выдвигают и проверяют СЃРІРѕРё гипотезы и почему категорически не РјРѕРіСѓС' согласиться с доводами креационистов? Р' поисках ответа на эти РІРѕРїСЂРѕСЃС‹ читатель делает множество поразительных открытий о жизни животных, птиц и насекомых, заставляющих задуматься о людских нравах и Р­РўР

Карл Циммер

Научная литература / Биология / Образование и наука
Что знает рыба
Что знает рыба

«Рыбы – не просто живые существа: это индивидуумы, обладающие личностью и строящие отношения с другими. Они могут учиться, воспринимать информацию и изобретать новое, успокаивать друг друга и строить планы на будущее. Они способны получать удовольствие, находиться в игривом настроении, ощущать страх, боль и радость. Это не просто умные, но и сознающие, общительные, социальные, способные использовать инструменты коммуникации, добродетельные и даже беспринципные существа. Цель моей книги – позволить им высказаться так, как было невозможно в прошлом. Благодаря значительным достижениям в области этологии, социобиологии, нейробиологии и экологии мы можем лучше понять, на что похож мир для самих рыб, как они воспринимают его, чувствуют и познают на собственном опыте». (Джонатан Бэлкомб)

Джонатан Бэлкомб

Научная литература