Тогда мне казалось, что это будет идеально: союз, построенный на договорных отношениях. В мире правящих так бывало часто, особенно частыми были браки иртханов, заключаемые по силе. Иногда жениху и невесте было лет по пять, когда их родители проверяли пламя детей и договаривались о том, что они станут супругами. В современном мире, казалось бы, такого не должно было быть, но когда речь заходила о пламени, а именно о сильном пламени, которое позволяло семьям надолго задержаться у власти, все решалось именно в пользу последней.
— Продолжим с того, на чем остановились. — Солливер прошла в мой кабинет и опустилась в кресло. — Я тебя внимательно слушаю, Торн.
Я коснулся панели блокировки двери, и внимательно посмотрел на Солливер. Если присмотреться, можно было действительно обнаружить, что она плакала — припухлости почти не осталось, благодаря современной косметике и не такое возможно, но вот глаза по-прежнему были чуть красные.
— Начнем с того, что произошло утром, — произнес я. — Считаю, что это совершенно недопустимо.
— Да ты что?! — в ее голосе звучал сарказм. — Недопустимо — что именно? Обжиматься со своей беременной бывшей, или не закрывать при этом дверь?
— Солливер, — холодно произнес я.
— У меня просто слов не хватает, чтобы выразить свои чувства, поэтому приходится импровизировать. Да, мы договаривались о том, что у нас с тобой исключительно партнерские отношения, но партнерские отношения — помимо деловой стороны — подразумевают еще взаимное уважение. Тебе очень повезло, что зашла я, а не кто-нибудь из мергхандаров, потому что изначально я хотела попросить передать тебе твою гарнитуру. Представляешь, как это могло повернуться тогда? Если бы я действительно это сделала?
— Представляю. Я согласен с тобой во всем — начиная от партнерских отношений, которые требуют уважения, и заканчивая тем, что ты не обязана меня прикрывать. Эта ситуация несколько вышла из-под контроля, потому что мой дракон видит в Лауре Хэдфенгер пару. Из-за ее силы, или просто потому что он ее выбрал — не представляю.
Солливер глубоко вздохнула. Эмоции, отголосками которых меня полоснуло — неверие, обида, ярость — тут же отступили, словно скрытые за не пропускающей никаких сигналов стеной. Если бы я не знал, что в ее жизни не было иртханов, решил бы, что ее учили управлять фоном чувств в присутствии дракона.
— Потрясающе, — произнесла она, наконец. — Просто потрясающе, Торн. И ты мне предлагаешь просто скушать это и не подавиться? Зная, что твой дракон нацелен на твою бывшую, как на перспективную самку, с которой он хочет спариться? И… прости, ты сейчас сказал, что не можешь это контролировать?
— Я такого не говорил, Солливер. Я всего лишь сказал, что тяга к Лауре Хэдфенгер очень сильна, и что это связано не только и не столько с драконом, сколько со мной.
Глаза Солливер сверкнули.
— То есть ты сейчас мне сообщаешь, что она записала душещипательное видео и все — заметь, все — что было до этого, автоматически аннулируется? Эта женщина сбежала, выставив тебя идиотом перед всем Ферверном, потом бегала от тебя по странам, насколько я поняла из ее откровений, а сейчас ты мне говоришь, что у тебя к ней тяга, я правильно понимаю, Торн? Я не имею ничего — заметь, ничего, против Лауры Хэдфенгер, а если быть точной, не имела до этого утра. Но женщина, которая так легко меняет решения и облизывает чужого жениха — не совсем та, к кому я могу сохранять расположение. Мне совершенно без разницы, что было между вами в прошлом, но в настоящем — это уже перебор. Мы выбрали друг друга потому, что могли друг на друга положиться. Я доверяла тебе, Торн, и, надеюсь, сегодняшнее недоразумение останется всего лишь недоразумением. Скажи мне, я смогу доверять тебе в будущем, потому что если нет…
— Я собираюсь расторгнуть нашу помолвку.
Солливер осеклась. Точнее, это я ее перебил, и сейчас она просто молчала.
— Ты — что? — спросила все-таки спустя затянувшуюся напряженную паузу.
— Я расторгаю нашу помолвку, Солливер, — повторил я. — Сегодня на пресс-конференции я об этом скажу. Как я уже говорил, партнерские отношения между нами не предполагают моего повышенного внимания к Лауре Хэдфенгер, а у меня к ней неизменно будет повышенное внимание. Потому что эта женщина носит моего первенца.
— И потому что твой дракон почувствовал в ней пару, — выплюнула Солливер.
— Поэтому тоже, но это — не главное. Для меня главное, чтобы с ребенком все было в порядке, по этой причине я буду постоянно присутствовать в резиденции. Поскольку вопросов по этому поводу будет бесчисленное множество, проще закончить все прямо сейчас.
— Ты сказал, что хочешь со мной переговорить, — она поднялась. — Но с тем же успехом мог просто выдать это на пресс-конференции. То, что я узнаю об этом от тебя в приказном порядке, дела не меняет.
— Мне жаль, Солливер, — произнес я и тоже поднялся. — Сейчас мне просто нужно снять харргалахт.
— Просто снять харргалахт, Торн? Просто? — она усмехнулась. — Хорошо, снимай. Но если это — пусть даже случайно — навредит твоему не-первенцу, ты очень сильно об этом пожалеешь.