Незадолго до окончания строительства оказалось, что комнат во дворце хватает лишь для владельцев, поэтому прислугу решено было разместить в двух одноэтажных флигелях. Рядом с одним из них располагалась античного вида кухня, откуда повара проходили в главное здание по скрытой в земле галерее. Подобно многим парковым сооружениям, кухня Мраморного дворца имела вид, не отвечавший назначению. Архитектор Гонтард уподобил ее римскому храму Марса, сделав здание таким же низким, массивным, лишенным обычного для XVIII века множества окон.
Казалось, злой рок препятствовал завершению дворца. При отделке фасада не хватило мрамора и, видимо, не нашлось денег на его закупку. Недовольный долгой стройкой, думая о скорейшем ее завершении, король распорядился снести колоннаду в Козьем парке, чтобы употребить творение Кнобельсдорфа для оформления флигелей. Отдельные части, в частности уцелевшие колонны, мастера приспособили в качестве обрамления входа.
Тем не менее усилия Фридриха-Вильгельма II оказались напрасными, во всяком случае, для него самого. Мраморный дворец упрямо не поддавался строителям, и королю не довелось пожить в его прекрасных апартаментах. В последние месяцы жизни он наблюдал отделочные работы, такую же картину видел его преемник, а готовые интерьеры сумел оценить лишь Фридрих-Вильгельм IV. В 1845 году зодчие Перзиус и Хессе доложили о завершении отделки, стиль которой определяло местное искусство.
Планировка комнат главного корпуса предусматривала сложное освещение. Днем солнечные лучи струились из окон лестничного пролета, по традиции располагавшегося посреди здания. По вечерам слуги зажигали свечи на лестнице и в вестибюле – самом обширном помещении дворца. Ненамного меньшая площадь в проекте отводилась так называемому залу с гротами на первом этаже. Занимая практически весь нижний уровень дворца, он выходил окнами на озеро. На втором этаже находился музыкальный салон, а остальные, боковые комнаты служили спальнями и рабочими кабинетами.
Незадолго до торжественного открытия дворца местный художник Осовский преподнес королю свои работы, созданные по мотивам живописи Карла Вильгельма Кольбе. Изображенные на картинах сцены из «Песни о нибелунгах» как нельзя лучше гармонировали c классичностью главных залов, составляя неповторимую композицию с имевшимися в них пейзажами.
С 1961 года в залах дворца на озере Хайлигер расположились экспонаты Потсдамского музея армии. Немцев трудно удивить выставками, но эта экспозиция отличалась от других тем, что наводила на размышления о прошлом и будущем Германии. Сотрудники музея попытались раскрыть столь неоднозначное понятие, как «немецкое оружие», под которым чаще понимается вооружение вермахта. Однако военная история страны включала в себя не только войны или захватнические кампании нацистов. Германцы проявили себя во многих, и не всегда негативных явлениях, относящихся к армейской жизни. Они могли поделиться уже не секретными сведениями об организации прусских войск, рассказать о крестьянских восстаниях или освободительных войнах, где достойный внимания героизм демонстрировали как правители, так и рядовые солдаты.
Дом для Цецилии
Иностранные туристы чаще воспринимают Потсдам как место проведения знаменитой Потсдамской конференции. Эпохальная встреча действительно проходила здесь в 1945 году, но далеко не все знают, что главы самых мощных государств планеты заседали в скромном фахверковом строении под названием «Цецилиенхоф» (нем. Cecilienhof), которое имеет статус дворца только из-за славного прошлого. Двухэтажное, по средневековой традиции покрашенное в белый цвет здание строилось без участия заказчика по чертежам и под личным контролем архитектора Шульце-Наумбурга. Возводя его, зодчий не знал, что строит последнее королевское жилище в Германии. В 1917 году кронпринц Вильгельм привел сюда свою невесту Цецилию и торжественно представил резиденцию, вскоре получившую нежное девичье имя.
Облик зала, где Трумэн, Эттли и Сталин решали судьбу проигравшей войну державы, остался неизменным. Музей Потсдамской конференции занимает лишь небольшую часть дворца; остальные помещения занимает высококлассный отель, куда входит и дворцовый парк с клумбой в форме пятиконечной звезды перед главным входом.
Очаровательные сады вокруг Цецилиенхофа являются логичным завершением Нового парка – второго после Сан-Суси зеленого массива в Потсдаме. Раскинувшийся к западу от озера Хайлигер, он существовал в качестве городского виноградарского хозяйства примерно с середины XVIII века. Прусские короли приобретали эти земли по частям; первый участок купец Пуншель неохотно и, видимо, дорого продал Фридриху-Вильгельму II, которому, помимо земли, пришлось купить и простой крестьянский домик.