Слова Вали я не восприняла всерьез. Мало ли что престарелая неудачница наболтает. Ей же целых тридцать лет, что она понимает в любви! А главное – я уже успела влюбиться. С того самого момента, как нас представили друг другу. Начальник отдела Павел Евгеньевич, темноволосый рослый красавец спортивного сложения, уверенно взял мою руку и повел за собой. И я пошла за ним как под гипнозом.
Говорят: любовь вспыхнула как пожар. Именно так у нас и произошло. Уже через месяц Павел взял меня в командировку в Санкт-Петербург. Тогда еще не были в ходу онлайн-переговоры, конференции в зуме, и деловые вопросы решались при личных встречах. Как сейчас говорится, в реале.
Я ни разу до этого не была в Питере, и город старался подать себя с самой выигрышной стороны. Царственный август радовал теплом, не было ни противных холодных ветров, ни нудных серых дождей. Но я едва замечала великолепие архитектуры, пышность ещё зеленой растительности и ласку погоды. Я смотрела не по сторонам, а в карие глаза Павла. У меня было одно на уме. Я желала близости с ним.
Закончив служебные дела, мы прогулялись по Невскому к Дворцовой площади, по набережной дошли до Летнего сада. Мне нестерпимо хотелось, чтобы Павел обнял и поцеловал меня прямо здесь, в аллеях, на глазах холодных мраморных статуй. Но он вел себя корректно (мне казалось, что холодно) и с энтузиазмом знакомил меня с городом.
– Знаешь, Галя, я очень люблю Питер. Ещё со студенческих времен. Наш город древний и красивый, это моя родина, но если бы мне предложили переехать сюда, согласился бы не раздумывая.