Читаем Паспорт человека мира. Путешествие сквозь 196 стран полностью

Я взял на себя обязательство не разглашать то, как мы это провернули, и имена тех, кто мне помогал, поскольку это принесло бы им неприятности с правительством. Но если вы воспользуетесь кое-чем из того, что было описано на предыдущих страницах о поездках в Африку, возможно, вы догадаетесь сами. (Оставьте это знание при себе.)

С точки зрения туризма Ангола не представляла большого интереса. Здесь не было захватывающих дух природных пейзажей – только бесконечные километры скучных полей. Люди носили бледную одежду, как в Португалии, вместо экзотических или ярких одежд, которые любят во многих странах Африки. Еда была безвкусна. Большинство зверей в парках диких животных было убито в течение долгой гражданской войны. А большинство местных были слишком озабочены борьбой за нефть, чтобы вступать с кем-то в близкий контакт. Луанда развивалась настолько стремительно, что все находилось в процессе постройки или реконструкции, так что вокруг были неприглядные леса из кранов и так много изношенных улиц с таким количеством новых машин, что создавались длинные пробки, подобных которым я никогда не видел, – часто требовалось 15 минут, чтобы проехать один квартал.

Цены были самыми высокими в мире, потому что нефтяные компании платили любую цену: съемное жилье стоило от 4000 до 20 000 долларов в месяц. Малюсенькая комната в скромном отеле стоила как минимум 200 долларов за ночь. Поездка на один день в заповедник стоила 500 долларов. Деревянные скульптуры, которые всюду продавались за 20 долларов, здесь стоили 200 долларов, а моему желанию прикупить сувениров препятствовало отношение продавцов в стиле «бери-или-исчезни», которые отказывались торговаться. Рыба с картошкой стоила 25 долларов. Больше всего было неприятно то, что, когда я попросил небольшой пакет, чтобы забрать домой недоеденную еду, с меня взяли 3 доллара. Три доллара за пакетик!

Но ничто не могло умалить мое чувство удовлетворения.

Девятого декабря 2012 года, когда я завершил свою туристическую миссию, я приземлился в Международном аэропорту Кеннеди, где меня ждала блистательная Надежда с распростертыми объятиями. Страдая от десинхроноза (джетлага), я некстати пробормотал нечленораздельное предложение выйти за меня замуж посреди битком набитого терминала, и слезы залили ее прекрасные серо-голубые глаза. Она прижалась своим теплым телом к моему и сказала – по волшебным причинам, которые для меня остаются непонятными, – что она любит этого старика всем своим драгоценным молодым сердцем и что она будет счастлива стать моей женой.

Через три дня – 12.12.12 – мы поженились в здании мэрии, и я отправился в свое последнее и самое большое в жизни приключение.

Глава XXX…И еще немного о дороге

Когда люди узнают, что я побывал во всех странах на нашем большом голубом шаре, они часто задают мне один из трех вопросов.

Вопрос: Какая моя самая любимая страна?

Ответ: Соединенные Штаты Америки. Не потому, что я шовинист или ксенофоб, а потому, что считаю, что у нас есть все, даже если не все из этого идеально. В США самое большое разнообразие захватывающих пейзажей и самое большое количество природных ресурсов; относительно чистые воздух и вода; удивительно неоднородное население, живущее в относительной гармонии; безопасные улицы; немного смертельных заразных болезней; функционирующая демократия; величайшая Конституция; равные возможности в большей части сфер жизни; растущая толерантность к различным расам, религиям и сексуальным предпочтениям; равенство перед законом; свободная и живая пресса; культура мирового уровня в области литературы, кино, театра, музеев, танцев и популярной музыки; кухня любого народа мира; растущее внимание к здоровью и хорошей диете; неугасимый дух предприимчивости и мир в доме.

Мои любимые страны по впечатляющим видам: Швейцария, Франция, Канада, Новая Зеландия, Перу и Непал.

По еде: Мексика, Франция, Италия, Китай, Таиланд, Вьетнам и Ливан.

По женщинам: Беларусь, Россия, Германия, Украина и Чехия.

По порядку и гостеприимности: Ирландия, Мьянма, Бутан, Марокко и большая часть стран Океании.

По культурному наследию: Англия, Египет, Индия, Камбоджа, Франция, Испания, Италия и Мали.

По неиспорченной красоте: Монголия, Доминика, Коста-Рика, Сахара и Антарктика.

И по живой природе: увы, остаются только Кения, Ботсвана и Танзания.

Вопрос: Из всего, что вы видели, что беспокоит вас больше всего?

Ответ: Пять тенденций:

1) все большее количество доказательств того, что глобальное потепление – факт, и то, что с этим почти ничего не делают;

2) распространение радикальной формы воинствующего ислама в мусульманском мире, сочетающейся с ненавистью к остальным. И все большее противостояние между суннитами и шиитами;

Перейти на страницу:

Все книги серии На грани возможного. Дикие истории экстремальных путешествий

Паспорт человека мира. Путешествие сквозь 196 стран
Паспорт человека мира. Путешествие сквозь 196 стран

Альберт Поделл – это как Марко Поло наших дней, но если честно, он намного круче. У нашего героя было совсем немного денег, а вместо собственного корабля – трещащие по швам самолеты где-то в странах третьего мира. Он раскладывал спальник у границ с вооруженными солдатами, в кемпингах среди сумасшедших туристов, на обочинах безлюдных дорог, в опасных тропических джунглях, на неизведанных ледниках, на полу душных аэропортов, в недружелюбных пустынях и ночлежках для заблудившихся путников. Никакие трудности не могли остановить Поделла на пути к мечте – посетить все страны мира.В этой книге собраны только реальные и безбашенные истории, удивительные персонажи, точные уникальные наблюдения, неизведанная география, самобытная культура и подлинная революция сознания. Сядьте удобнее, пристегните ремни, зона турбулентности вам гарантирована.

Альберт Поделл

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги

27 принципов истории. Секреты сторителлинга от «Гамлета» до «Южного парка»
27 принципов истории. Секреты сторителлинга от «Гамлета» до «Южного парка»

Не важно, что вы пишете – роман, сценарий к фильму или сериалу, пьесу, подкаст или комикс, – принципы построения истории едины для всего. И ВСЕГО ИХ 27!Эта книга научит вас создавать историю, у которой есть начало, середина и конец. Которая захватывает и создает напряжение, которая заставляет читателя гадать, что же будет дальше.Вы не найдете здесь никакой теории литературы, академических сложных понятий или профессионального жаргона. Все двадцать семь принципов изложены на простом человеческом языке. Если вы хотите поэтапно, шаг за шагом, узнать, как наилучшим образом рассказать связную. достоверную историю, вы найдете здесь то. что вам нужно. Если вы не приемлете каких-либо рамок и склонны к более свободному полету фантазии, вы можете изучать каждый принцип отдельно и использовать только те. которые покажутся вам наиболее полезными. Главным здесь являетесь только вы сами.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Дэниел Джошуа Рубин

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Зарубежная прикладная литература / Дом и досуг
Метафизика
Метафизика

Аристотель (384–322 до н. э.) – один из величайших мыслителей Античности, ученик Платона и воспитатель Александра Македонского, основатель школы перипатетиков, основоположник формальной логики, ученый-естествоиспытатель, оказавший значительное влияние на развитие западноевропейской философии и науки.Представленная в этой книге «Метафизика» – одно из главных произведений Аристотеля. В нем великий философ впервые ввел термин «теология» – «первая философия», которая изучает «начала и причины всего сущего», подверг критике учение Платона об идеях и создал теорию общих понятий. «Метафизика» Аристотеля входит в золотой фонд мировой философской мысли, и по ней в течение многих веков учились мудрости целые поколения европейцев.

Аристотель , Аристотель , Вильгельм Вундт , Лалла Жемчужная

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Античная литература / Современная проза
Нейрогастрономия. Почему мозг создает вкус еды и как этим управлять
Нейрогастрономия. Почему мозг создает вкус еды и как этим управлять

Про еду нам важно знать все: какого она цвета, какова она на запах и вкус, приятны ли ее текстура и температура. Ведь на основе этих знаний мы принимаем решение о том, стоит или не стоит это есть, удовлетворит ли данное блюдо наши физиологические потребности. На восприятие вкуса влияют практически все ощущения, которые мы испытываем, прошлый опыт и с кем мы ели то или иное блюдо.Нейрогастрономия (наука о вкусовых ощущениях) не пытается «насильно» заменить еду на более полезную, она направлена на то, как человек воспринимает ее вкус. Профессор Гордон Шеперд считает, что мы можем не только привыкнуть к более здоровой пище, но и не ощущать себя при этом так, будто постоянно чем-то жертвуем. Чтобы этого добиться, придется ввести в заблуждение мозг и заставить его думать, например, что вареное вкуснее жареного. А как это сделать – расскажет автор книги.Внимание! Информация, содержащаяся в книге, не может служить заменой консультации врача. Перед совершением любых рекомендуемых действий необходимо проконсультироваться со специалистом.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Гордон Шеперд

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Медицина и здоровье / Дом и досуг
Происхождение эволюции. Идея естественного отбора до и после Дарвина
Происхождение эволюции. Идея естественного отбора до и после Дарвина

Теория эволюции путем естественного отбора вовсе не возникла из ничего и сразу в окончательном виде в голове у Чарльза Дарвина. Идея эволюции в разных своих версиях высказывалась начиная с Античности, и даже процесс естественного отбора, ключевой вклад Дарвина в объяснение происхождения видов, был смутно угадан несколькими предшественниками и современниками великого британца. Один же из этих современников, Альфред Рассел Уоллес, увидел его ничуть не менее ясно, чем сам Дарвин. С тех пор работа над пониманием механизмов эволюции тоже не останавливалась ни на минуту — об этом позаботились многие поколения генетиков и молекулярных биологов.Но яблоки не перестали падать с деревьев, когда Эйнштейн усовершенствовал теорию Ньютона, а живые существа не перестанут эволюционировать, когда кто-то усовершенствует теорию Дарвина (что — внимание, спойлер! — уже произошло). Таким образом, эта книга на самом деле посвящена не происхождению эволюции, но истории наших представлений об эволюции, однако подобное название книги не было бы настолько броским.Ничто из этого ни в коей мере не умаляет заслуги самого Дарвина в объяснении того, как эволюция воздействует на отдельные особи и целые виды. Впервые ознакомившись с этой теорией, сам «бульдог Дарвина» Томас Генри Гексли воскликнул: «Насколько же глупо было не додуматься до этого!» Но задним умом крепок каждый, а стать первым, кто четко сформулирует лежащую, казалось бы, на поверхности мысль, — очень непростая задача. Другое достижение Дарвина состоит в том, что он, в отличие от того же Уоллеса, сумел представить теорию эволюции в виде, доступном для понимания простым смертным. Он, несомненно, заслуживает своей славы первооткрывателя эволюции путем естественного отбора, но мы надеемся, что, прочитав эту книгу, вы согласитесь, что его вклад лишь звено длинной цепи, уходящей одним концом в седую древность и продолжающей коваться и в наше время.Само научное понимание эволюции продолжает эволюционировать по мере того, как мы вступаем в третье десятилетие XXI в. Дарвин и Уоллес были правы относительно роли естественного отбора, но гибкость, связанная с эпигенетическим регулированием экспрессии генов, дает сложным организмам своего рода пространство для маневра на случай катастрофы.

Джон Гриббин , Мэри Гриббин

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Научно-популярная литература / Образование и наука